но и обхватила ногами его задницу, посмотрела ему прямо в глаза и сказала:
— Трахни меня жёстко, сукин ты сын! Кончи в меня!
И он сделал то, о чём она просила. При этом Сэм время от времени останавливался, чтобы укусить близняшку за правую сторону шеи. Кончая в очередной раз, она вжалась губами ему в плечо, чтобы заглушить свой крик наслаждения.
Когда он скатился с неё, она прильнула к нему всеми своими округлостями и тихо обнималась по крайней мере 15 минут, а его сперма вытекала из влагалища блондинки прямо ему на ногу. Это было ещё одно подтверждение подмены, поскольку сразу после секса Синди никак не могла заткнуться. Ей всегда нравилось болтать о каких-нибудь глупостях и портить тем самым всё настроение.
В конце концов, Эбби приподнялась и посмотрела на Сэма в темноте, нежно поглаживая его по лицу.
— Я никогда не говорила тебе достаточно, какой ты особенный, мой сладкий.
Вот опять. "Сладкий". Он просто притянул её лживое личико для поцелуя.
— Когда я с тобой, я понимаю, что я самый счастливый человек на Земле, - сказал он, сделав небольшую паузу, чтобы тщательно подобрать слова.
Они снова глубоко и влажно поцеловались. Когда они прервали поцелуй, она спросила:
— Хочешь выпить?
— Как обычно, - ответил он, зная, что Эбби, скорее всего, не проинформировали о том, что ему обычно нравится.
Он буквально кожей чувствовал её нерешительность.
— Двойную порцию Laphroaig², аккуратно. Ты ведь помнишь?
— О, да, точно, - с фальшивой уверенностью, напополам с нотками облегчения в голосе, откликнулась Эбби.
Ему действительно не помешало бы сейчас промочить горло, но он не помнил, чтобы Эбби была большой любительницей выпить. Могла ли она подумать о том, чтобы сыпануть ему что-нибудь в бокал, чтобы держать его под своим контролем остаток ночи? М-м-мда, здесь ему придётся действовать осторожно.
Его сегодняшняя близняшка-любовница соскользнула с постели и исчезла за дверью, притворив её за собой. Он слышал шаги Эбби, приближающиеся к гостевой спальне, звук открывающейся двери, яростное перешёптывание и затем две пары ног, направляющихся к бару с напитками в гостиной, где они, видимо, пытались понять, что где находится и как именно пишется "Laphroaig".
До этого момента он и не подозревал, насколько, оказывается, шумно было в его доме. Было слышно абсолютно всё. Им с Синди следовало попытаться снизить арендную плату за столь тонкие стены ещё тогда, когда они въехали в это жилище. Ну, а теперь было уже слишком поздно.
Снова послышался шёпот за дверью, затем тишина. Дверь медленно отворилась, и в тёмную комнату вошла обнажённая блондинка с двумя бокалами в руках; тусклый свет, льющийся из коридора, высвечивал почти идеальный силуэт, призванный провоцировать к совершению одного из смертных грехов.
Она закрыла дверь, толкнув её своей тугой попкой, - старая дверь при этом заскрипела от счастья такого соприкосновения, - и осторожно приблизилась к кровати.
Когда она подошла ближе, он быстро встал, взял оба бокала из её рук, поставил их на прикроватный столик и притянул красотку к себе для глубокого поцелуя.
Сэм почувствовал вкус водки на её губах и языке и почувствовал, что она дрожит. Это была не тёплая кожа той девушки, которая минуту назад покинула комнату. Должно быть, они снова поменялись местами.
Эбби, наверное, сказала Бонни, что теперь, только что кончив, он будет удовлетворённым и расслабленным. Этот их просчёт, наоборот, возбудил его, и у него снова возникла эрекция, когда он прижался к ней. Почувствовав это, она напряглась, прервала поцелуй и оттолкнула его.
— Ты не хочешь выпить ещё, милый? - с нервной поспешностью предложила она.
"Милый". Так-так. Всё верно, сестрички опять поменялись местами. Бонни пыталась казаться спокойной,
С тещей по жизни