стесняясь меня. Встав над маминой широкой задницей, Кочан вставил хуй в её мокрое, булькающее спермой очко и лёг ей на спину. Руки он завел под низ и начал трахать маму, трогая её за большие голые дойки.
Мама опять застонала надо мной, стоя на локтях и удерживая на себе вес Кочана. Он был тощим и было не слишком тяжело. Подергавшись пару минут, гопарь слил в задницу мамы и обмяк на ней. Я слышал и чувствовал, как они оба тяжело дышат надо мной в ненормальном удовольствии.
Вытащив, Кочан отошел и надел трико. Лысый курил у окна, глядя на меня с ухмылкой.
— Ну че, давай, начинай! – усмехнулся он, намекая на питье спермы из маминой задницы.
— Мама, не надо, пожалуйста, - всхлипывал я, понимая, что она ничего не соображает сейчас. – Прошу тебя, просто подмойся…
- Тёть Оль? – Лысый обратился к моей маме, которая продолжала стоять на четвереньках и тяжело дышать, упершись лбом в стену.
Было понятно, что она купается в неземном удовольствии, всё ещё ощущая нутром недавнюю жаркую еблю. – Тёть Оль, если вы ему сольете сперму в рот, я трахну вас ещё раз. И даже на ночь останусь! – пообещал он, прекрасно понимая какая она шлюха озабоченная.
— Лёшенька, это я во всём виновата, - прошептала она надо мной, тяжело и горячо дыша. – Это я виновата, простишь если сможешь… Когда нибудь, миленький…
Простояв в неподвижной позе несколько секунд, мать медленно завела руки за спину. Она пальцами растянула в стороны свои затраханные массивные ягодицы, смяв их пышную плоть как сдобное тесто. Закрыла глаза, запрокинула голову и села булькающим спермой задом на моё лицо...
Старый дом