Категории: Странности
Добавлен: 25.02.2024 в 18:10
у нас с Бобби. Мы были сородичами ребенка, которого растили с тех пор, как ей исполнилось 2 года, и мы были намного ближе, чем лучшие друзья. Мы говорили обо всем, от бессмысленного до, да, даже безумного.
Я был удивлен, когда мне позвонила Стефани через несколько недель после того, как она начала регулярно приходить к нам домой. Она спросила, можем ли мы встретиться за ланчем... и она попросила меня не говорить Бобби. Я нерешительно согласился.
Два дня спустя я сидел в ресторане, когда вошла Стефани, заметила меня и направилась к моему столику. Я мог видеть зависть на лицах нескольких мужчин, когда она садилась, и я усмехнулся про себя. В большинстве случаев фантазии лучше реальной жизни.
После того, как мы обменялись любезностями и сделали заказ, Стефани, не теряя времени, перешла к сути дела. Она объяснила, что не смогла как следует разобраться в отношениях Бобби со мной и не хотела слишком увлекаться женщиной, которая, возможно, уже состоит в любовных отношениях.
Она выглядела обеспокоенной, когда я лучезарно улыбнулся.
"Вау. Если бы только. Такие красивые женщины, как Бобби, не встречаются с парнями вроде меня, даже если бы она не была лесбиянкой. Я приму это как своего рода комплимент", - сказал я. "Но ты права, у нас действительно любовные отношения... Которые определенно требуют некоторых объяснений".
Итак, объяснениями я занимался в течение следующего часа. Мы оба вернулись на работу поздно, но перед уходом Стефани получила гораздо более полное представление о нашей семье... и ржаной виски.
"Хорошо, я согласна", - сказала она. "Я бы хотела быть частью этой семьи".
Бобби и Стефани поженились шесть месяцев спустя. Я отдал Бобби у алтаря, поскольку ее отец скончался несколькими годами ранее. Пятнадцатилетняя Элинор была одной из подружек невесты.
Элинор была точной копией своей покойной биологической матери, с рыжими волосами и голубыми глазами, и я боялся быть отцом симпатичного подростка в старших классах, потому что помнил себя подростком в старших классах. По словам Бобби и Стефани, я плохо с этим справлялся.
"Ты не можешь угрожать старшеклассникам телесными повреждениями за то, что они поцеловали твою дочь", - резко возразила Бобби однажды после того, как Элинор и молодой человек ушли на свидание. "Ты видел ее лицо? Ты полностью смутил ее".
"Ты больше не будешь встречаться с ее кавалерами", - согласилась Стефани. "Я уверена, что кто-нибудь из нас сможет эффективно передавать им твои добрые пожелания в будущем".
Да, женщины заставили меня извиниться.
"Папа, ты был бы таким же чокнутым, если бы я решила встречаться с женщинами?" Спросила Элинор.
"Наверное, нет, но тогда тебе пришлось бы иметь дело с мамой и Стефани. Это, конечно, не было бы легче для твоего кавалера", - заметил я.
Элинор задумалась на несколько секунд. Я наблюдал, как на ее лице отразились несколько эмоций.
"Черт. Как бы мне ни было неприятно это признавать, это могло быть еще хуже", - ответила она.
Я усмехнулся и почувствовал себя лучше, когда она ушла.
Есть ли слова, которых мужчина боится больше, чем фразы "Нам нужно поговорить"? Ответ - однозначное "нет", но, учитывая ситуацию в моей семье, я был скорее озадачен, чем напуган, когда Бобби сказала мне эту фразу однажды вечером в пятницу, когда Элинор была с друзьями.
Она направила меня в нашу официальную гостиную, комнату, которой мы почти всегда пользовались, только когда у нас были гости. Взволнованная Стефани уже была в комнате, и она протянула мне рюмку того, что, по-видимому, было ржаным "Энджелз Энви рай", когда я вошел и сел на стул с откидной спинкой, куда она мне указала.
Осенняя шалость