его окончательно. У него не останется и для кого ни любви, ни доброты... даже для собственной дочери.
Как-то поздно ночью он стоял на корме, глядя на широкий пенный след корабля. Беззвездное небо было затянуто облаками, более темными на фоне светящегося мрака, мерный шум волн убаюкивал, успокаивал. Он вспомнил ту ночь, когда держал Таню в объятиях и они слушали музыку леса. Один из тех высоких и прекрасных моментов, доступных лишь истинно любящим... И вдруг Миша с такой силой ощутил ее присутствие, что даже обернулся, словно ожидая увидеть ее рядом. Он опустил глаза на золотой перстень ее отца и услышал нежный перелив ее голоса... На нем написано: «Любовь - чаша золотая, погнешь, но не сломаешь». И свой ответ: У нас с тобой все будет хорошо.
Пальцы сами собой сжались в кулак.
— Я иду за тобой. - Его хриплый голос слился с воем ветра. - Я скоро найду тебя, Таня.
Как раскакивали Сережу