вольная. Нашыя дзеці будуць жыць у новай краіне. Мы толькі павінны іх правільна выхаваць...
И все такое в этом духе. Непонятно только как уживалось в Стефании сразу два стремления: воспитать сына свободным человеком с правом выбора и собственным мнением, а с другой, подчинить его своей воле, приобщить к своей вере и политическим убеждениям, командовать им и требовать, чтобы парень называл её Госпожой и пани. Мужа она давно загнала под свой каблучок и уготовила там место и сыну. Такой уж у неё был характер, чем больше она смиряла себя в костёле, тем сильнее за его пределами ей хотелось помыкать другими, домочадцами в первую очередь.
А у домочадцев были свои разборки. Эмилия застукала Мирослава за просмотром порно ролика. Хорошо, что не маминого! Девчонка подкралась незаметно сзади и, хотя Мирослав захлопнул ноутбук главное Эмилька увидела.
— Ты что это смотришь?
— Кино для взрослых. Тебе нельзя.
— А ты что взрослый?
— Совершеннолетний.
— И поэтому тебе можно мастурбировать? Я видела, как ты держал руку в штанах.
— Нога зачесалась.
— Нога! Да ты там писюн свой дёргал. Вот сказу маме что ты делал. Она тебе устроит. Рукоблудие — это грех!
— Уймись святоша!
— Не уймусь. Я даже не знаю, что мама с тобой сделает.
— Ладно, Эмилька, что ты хочешь за неразглашение тайны? Денег. У меня есть немного.
— Нужны мне твои деньги! Мне папа больше даст.
— Ну, а что тогда? Хочешь сделаю что ни будь для тебя?
— Прощения у меня попроси.
— За что?
— А за то, что курицей меня называл. За то что потешался над мной, когда я тройку по физике получила, говорил, что я дура и к наукам не способная.
— Ну, хорошо Эмилия, прости. Я больше не буду.
— Как следует проси. На коленях!
— Ещё чего!
— Ах, так! Ну тогда пеняй на себя и маме скажу и папе, и этой которая тебе нравится, Ленке. К которой ты подойти боишься!
— Ладно, согласен. И не вздумай Лене сказать! - Мирослав встал со стула и опустился перед этой взбалмошной старшеклассницей на колени.
– Так годится?
— Годится, но не совсем.
— Что ещё?
— Ногу мне целуй!
— Вот засранка, чего захотела, - мысленно возмутился Мирослав. Но тут же ему вдруг в голову пришла совсем другая мысль:
— Ну, ты же хотел почувствовать, что такое целовать женскую ногу. Вот перед тобой девчачья. Действуй!
— Ладно... Какую целовать?
Девчонка выставила вперед правую ногу.
— Эту!
Мирослав склонился и чмокнул губами ступню Эмильки.
— Прощаю... - от неловкости ситуации Эмилька сама покраснела. Одернула ногу и выбежала из комнаты брата.
— Ну, и ничего страшного, - подумал Мирослав.
— Поцеловал и поцеловал... дура незрелая. Наверное, целовать ноги взрослой женщине это совсем другое. Или Леночке...
Мирослав поднялся с пола и сел досматривать ролик. Однако возбуждение прошло, мастурбировать на чужие приключения не хотелось. Тогда Мирослав открыл папку с родительскими записями, кликнул ролик «Белая рабыня».
Гостиничный номер. Камера пишет откуда-то сверху. На широкой постели белая женщина, на ней какое-то мохнатое чудовище. Толи грузин толи орангутанг. Даже жопа у него поросла шерстью. А спина вся черная и шерсть стоит дыбом. Обезьян размашисто сношает несчастную Стефанию. Ролик порезан. В следующем кадре несчастная Стефания сосёт смуглый член сидя на кровати у мужчины между ног. После следующей склейки, мужчина и женщина уже одетые, но женщина стоит на коленях и опять берет в рот. Видимо на прощанье, перед уходом. Бородатый грузин улыбается и гладит женщину по голове. Потом вдруг прижимает голову Стефании к своему паху. Трясется в экстазе. Кончает. А женщина, наконец вырвавшись, едва сдерживает рвотный рефлекс. Встаёт с колен. Мужчина целует
Первый раз (Отрывки из дневника 3)