наконец почувствовать горячий большой член внутри, с другой – возможное нежелание хозяйки позволять ей трахаться с мужем могло привести к тому, что честь не будет потеряна окончательно. А то как-то недостойно это уважающей себя девушки: без ухаживаний, признаний в любви, да в конце концов, без нежных прелюдий запихивать в себя член, на котором только что сидела другая!
Впрочем, стало еще хуже, когда Юля оказалась рядом и, промурлыкав: «Сделаю это сама! Собственными, блин, руками! Цени, Янчик!», взялась за член одной рукой. А второй раздвинула половые губки Эллы, вздрогнувшей от смущения и сладкого удовольствия от пальчиков хозяйки.
— Сучка вся влажная! – округлились глаза Юли, затеребившей мокрые нежные складки. – Ты так хочешь моего мужа?
— Угм... – сквозь зубы выдохнула игрушка неопределенно (признаваться в собственных желаниях было ужасно стыдно).
Ответ дался реально нелегко – гордость не позволяла признаться, что она отчаянно желает чужого мужчину, да еще будучи фактически рабыней и его, и жены... Да к тому же из-за шустрых пальчиков, по-хозяйски распоряжающихся ею между бедер, едва можно было перевести дух...
Но как только прозвучало сдавленное угмыкание, как Юля вдруг схватила за сосок и потянула вниз. Сладкая боль продернула весь организм от кончика груди до низа живота, но тут же ее поглотило наслаждение от крупного члена, пронзившего влагалище сразу на всю глубину и неимоверно его растянувшего.
— Вот сучка! – прозвучало рядом сквозь туман наслаждения. – Глазки закатила, ротик открыла... А кто будет ублажать моего мужа?
Юля снова звонко приложилась ладонью к попке, и игрушка послушно задвигалась, резко насаживаясь на кол. И почти не было переживаний, что ее постыдные устремления ничуть не противоречат извращенным распоряжениям хозяйки, унизительным по сути, но столь сладким по факту!
И то, что та, внимательно и чуть ехидно наблюдая за возбуждением игрушки, руководит скачкой, дергает за соски вверх-вниз, только добавляло наслаждения.
И Элла кончила, заполошно стоная, дергаясь на члене и туго сжимая его сокращающимися стенками влагалища. Но это было еще не всё! Словно чтобы добить девушку до конца, изнутри ударила жаркая волна спермы, заставившая взвизгнуть и внимать всеми клетками организма, как влагалище маленькой помпочкой жадно всасывает терпкую, бьющую сильными толчками жидкость...
И почти не имело значения, что звонко получила по попке от Юли, возмущенной тем, что муж со всем удовольствием кончил в постороннюю девушку. Нет, ну а чего хозяйка ожидала? Особенно если учесть, что сама насадила ее на член мужа... Несмотря на стыд (Боже до чего докатилась – трахнуться с едва знакомым мужчиной, причем при его жене рядом, и настолько сладко кончить!) Элла едва удержалась от того, чтобы показать хозяйке язык. Впрочем, злая Юля приказала занять место в ногах у хозяев. Увы, но как бы ни унизительно это было, пришлось отползти к краю кровати и там стыдливо сжаться в калачик – снова стало неприятно, что ее, голую, могут рассматривать посторонние люди (или уже не такие уж и посторонние?). Сперма все сочилась и сочилась из влагалища, заставляя иногда вздрагивать – то ли от стыда, то ли и от удовольствия – она так игриво, чуть щекотно, стекала по половым губкам и по бедру возле самой ягодицы...
Особенно неприятно было, что Юля злилась только на нее и нисколько – на мужа. Элла отчетливо поняла, что ревнует – жена прижалась к его сильному телу, уткнув носик в шею, и жарко зашептала:
— Ты – мой жеребец... Оприходовал быстренько двух девок, заставив их вопить от наслаждения... Но не думай, что твои похождения закончились, сейчас сходим в душ и продолжим... А может и прямо в душе...
Лишение Невинности