сделает тебя счастливее, и ты возьмешь меня с собой на обед?
Я просто кивнул и повел ее поесть. Мне было трудно контролировать себя, пока мы ели. Было больно осознавать, что нашему браку пришел конец. Когда она ворвалась в мой кабинет, я едва успел придти, так как только что вернулся из адвокатской конторы, чтобы начать бракоразводный процесс. Фактические документы займут несколько дней, и я не хотел ждать, нет, я не мог ждать так долго, прежде чем сообщить ей, что должно произойти. Адвокат предложил, чтобы я передал ей письмо о намерениях, чтобы официально сообщить ей о том, что произойдет. Он будет готов завтра. Глядя на нее сейчас, мне было просто больно.
После ужасной ночи мучений я двигался как робот на работе. Секретарь адвоката позвонил мне перед обедом и сказал, что письмо готово. Так как это было близко, я пошел и взял его. Мне почти не хотелось брать конверт, и я плакал по дороге в офис. Результаты лабораторных исследований были готовы к трем часам. Я ушел с работы, как только услышал об этом.
Я была шокирована, когда попросила результаты анализов Синди, и медсестра сказала мне, что врач выйдет через минуту, чтобы объяснить результаты. Я был еще более шокирован, когда он вышел и проводил меня в свой кабинет. После минутных любезностей он задал мне свой первый вопрос. — Мистер Оллран, когда вы в последний раз занимались сексом со своей женой?
Я не буду повторять весь разговор, но у Синди был положительный результат теста на ВИЧ. Я упал в обморок и был в обмороке почти час. Во время нашей следующей беседы я рассказал ему, что происходит, и мы определили, что ее инфекция была относительно новой, определенно недостаточно старой, чтобы вернуться к ее последней встрече с Ларри. Я почувствовал некоторое облегчение, будучи уверенным, что она не заразила меня. Тем не менее, я сделал тест.
Когда я закончил, мне пришлось позвонить другу с работы, чтобы он приехал за мной. Я был не в том состоянии, чтобы водить машину. Он хотел отвезти меня домой, и я настоял на том, чтобы вернуться в свой кабинет. Я сидел тихо, обдумывая ситуацию и время от времени плача. Когда я уходил, мой друг отвез меня обратно за моей машиной. Я был в беспорядке со всем: от глубокого отчаяния, печали, ярости и, да, даже мыслей о самоубийстве. Вместо того, чтобы идти домой, я пошел в местный бар. Я не собирался напиваться, и я этого не сделал. Мне просто нужно было больше времени для себя.
Около шести у меня зазвонил мобильный телефон. Это была Синди, и я знаю, что она хотела знать, где я нахожусь. В этот момент она могла пойти к черту за все, что меня волновало. Я выключил телефон и продолжил обычный разговор обиженного мужа с барменом. Он не помог, но это позволило мне обрести некоторый контроль над собой. Около одиннадцати я направился к дому. Теперь это был дом, а не Дом. Ранее вечером я позвонил своим родственникам и попросил их немного позаботиться о детях — завтра я приведу их и расскажу о делах, когда приеду.
Она услышала, как открылась дверь гаража, и с криками и рыданиями вошла в гараж, спрашивая, где я был и как она волновалась. Она попыталась схватить меня и поцеловать, но я просто оттолкнул ее в сторону. Я сказал ей, чтобы она прекратила плакать и встретилась со мной в комнате отдыха (подвале), я буду там через минуту. Я последовал за ней и закрыл двери, чтобы
Летние каникулы в деревне