мне кое с чем – ответил врач, провожая взглядом медсестру и охранника из кабинета. Встав из-за стола, он проследовал в процедурный кабинет, жестом приглашая Елизавету за собой. – Вот видишь, там папки на шкафу лежат, ты мне их оттуда достань, все про них забываю, из памяти вылетает.
– Сейчас конечно – с готовностью ответила она. Шкаф был высоким, но встав на цыпочки, можно было дотянуться. – Куда их вам складывать? – спросила она, достав одну из них.
– Да вот прямо на стол и клади. Все не могу документацию найти, может там и завалялась – принимая папку из ее рук, сказал врач. – Говорят, ты и преподавать на кафедре начала?
– Ага, понемногу пока.
– Я сразу для себя подметил, что на одном месте ты не усидишь, уж больно активная ты – вкрадчиво произнес Ефим Алексеевич, пройдя взглядом по ее фигуре. – Такие как ты, быстро поднимаются по карьерной лестнице – сказав это, он провел рукой по ее талии, остановившись на ягодицах.
– Что вы делаете? – недоуменно произнесла Елизавета, почувствовав руку, сжимающую ее попу.
– Ну как что, ходишь тут, задницей вертишь, что не зайдешь, то просьба какая-то – продолжал старик – а благодарить-то ты как собралась? Думаешь, легко было твою мать на эту операцию согласовать? Ты хоть знаешь, сколько такая операция стоит? - с уверенным напором проговорил Ефим Алексеевич, все так же блуждая рукой по ее ягодицам.
– Ефим Алексеевич, перестаньте! – оттолкнув от себя, сказала она.
– Как это перестать – вновь взяв ее за талию и прижав к себе, сказал он – за все приходиться платить девочка – в это время он двумя руками схватился за ее булки, тиская их. – Думаешь, доктора наук можно просто так ни с чем оставить? – сказав это, он головой урылся в ее груди, пытаясь их укусить.
– Не надо, прошу вас – отчаянно произнесла Елизавета, пытаясь привести его в чувства. При необходимости, она бы с легкостью его оттолкнула, физически Елизавета намного превосходила этого старика, но вместо того, что бы его отпихнуть и уйти из кабинета, она просто взяла его за плечи. Что-то держало ее на месте, что-то, чего она не могла понять, не давало ей тронуться с места.
– Надо Лиза, надо – буркнул в ответ Ефим Алексеевич, продолжая ненасытно впиваться в ее грудь. – Ах, что б тебя, – недовольно произнес он - вот сделают ведь костюмы, что до груди не подлезть – продолжал он ворчать, пробираясь под костюмом рукой до ее груди. – Вот как сейчас помню тебя тогда, чуть ли не в слезах ведь меня просила, Ефим Алексеевич, Ефим Алексеевич, что же делать, помогите.
– Ах – простонала она, когда он ущипнул ее за голый сосок. Для нее эта ситуация была настолько непредсказуемой, что просто повергла ее в ступор. Все свои действия, Ефим Алексеевич закреплял нашептыванием о ее долге, матери, взывая к ее совести. Сцена постепенно набирала обороты, рука, мявшая ее ягодицы, уверенно залезла в штаны Елизаветы, обнаружив там надетые стринги.
– В стрингах пришла да, потаскуха – осуждая, проговорил врач. – Разоденутся тут, потом ходят задницами виляют, вам все одно нужно – властно, одним движением он проник под ткань трусиков, обнаружив там гладко выбритую писечку. – Ох ты ж развратница какая, – продолжал чуть ли не взахлеб Ефим Алексеевич - для мужа наверное так стараешься, все то там у тебя гладенько да мягко – после чего начал елозить рукой по ней, иногда возвращаясь к ее упругим ягодицам.
Эльфийка в постели