И тогда мы начали полномасштабную ссору. Думаю, алкоголь усилил накал. Она обвинила меня в том, что я не ценю то, что она делает. Я попытался объяснить, что наши отношения важнее любой глупой работы.
— Глупой? — взорвалась она. — Теперь ты считаешь, что то, что я делаю, глупо? — Она продолжила: — Гордон точно не считает то, что я делаю, глупым. Он постоянно говорит мне, какая я замечательная. Чего я не часто слышу от тебя!
Теперь она разыгрывала карту Гордона. Я решил, что должен успокоиться, иначе ситуация действительно выйдет из-под контроля. Я сказал ей, что мне нужно сходить в туалет.
Когда я вернулся, то увидел, что она в другом конце зала яростно нажимает на свой iPhone. Я догадался, что она переписывается с Доблером.
Остаток выходных прошел в холодной войне. Почти никаких разговоров, никаких попыток разобраться в ситуации. Я боялся, что могу выйти из себя и сказать что-нибудь о Доблере. И если бы она была невиновна, я бы ложно обвинил ее.
С огромным облегчением я уехал в понедельник утром, задолго до того, как Кристал проснулась.
По дороге на свою территорию, я получил интересный звонок. Грэм Маккензи.
После обычного первоначального шушуканья, он перешел к делу.
— Мы с тобой приятели, Родж, и я обязан сообщить тебе, что мы собираемся рассмотреть другой вариант дистрибуции на твоем рынке. С "B&B" дела идут неважно, — сказал он мне. — Еще ничего не решено, но все идет к этому.
— Но у меня есть идея, — продолжил он.
В основном, его идея заключалась в следующем. Компания "Can Pac" арендует в городе грузовой двор. Они наймут грузовик и водителя. Я бы нанял офисного сотрудника и работника склада. Я бы продавал пиломатериалы "Can Pac" дилерам на том же рынке, что и "B&B", и был бы их дистрибьютором. Но всё же, это была бы независимая компания.
— Значит, я буду сотрудником "Can Pac"? — спросил я.
— Нет, приятель, послушай, это будет твой бизнес. Мы поможем тебе с условиями оплаты. Но ты придумаешь себе название и займешься бизнесом, продавая продукцию "Can Pac" и что угодно еще, лишь бы это не конфликтовало между собой, — сказал он мне.
Мы еще час обсуждали детали. Мне было интересно, но я также понимал, что это большой риск. Мне, по большому счету, нравилась моя работа в "B&B", и оставить ее было бы серьезным шагом. Я сказал ему, что подумаю над этим.
— У тебя есть две недели, приятель, а потом я должен что-то сделать, — сказал мне Грэм.
На той неделе, совершая звонки по продажам, я очень осторожно наводил справки о возможности покупок у новой дистрибьюторской компании, которую я собирался возглавить. Большинство ответов были положительными. Я начал подумывать об этом.
Мне нужно было с кем-то поговорить. Я знал, что не могу поговорить с мистером Беллоузом. И я не мог поговорить с Кристал, даже если бы мы ладили, а мы не ладили. У Кристал не было должной подготовки, чтобы быть полезной в таком деле.
Я позвонил Гейл.
В тот вечер я поужинал с ней и двумя девушками. Я принес десерт. После ужина девочки играли, а я поговорил с Гейл о предложении, о котором меня спрашивал Грэм.
Мы проговорили целый час. Она задавала мне вопросы, а я давал ей информацию. А потом она задала мне самый важный, на ее взгляд, вопрос.
Потрясающая улыбка Светланы