на такое смотреть, милок. – посетовала колдунья, с хрустом откусив от спелого фрукта огромный кусок. – Не стоит...
От увиденного у несчастного эльфа тряслись руки и дрожал подбородок. Чтобы хоть как-то привести его в чувства, колдунья налила ему успокаивающего отвара.
— И всё равно она только моя! Слышите?! – уверенно сказал он, сделав пару глотков. – Я сейчас же отправлюсь за ней и непременно верну домой, чего бы мне это ни стоило!
— Хах! А ты, прям, знаешь куда тебе отправляться?
— Нет. Пока не знаю, но Вы ведь мне скажете?
— Скажу. И даже подмогу. Потому как без подмоги тебе самому никак туды не попасть.
— Я даже представить себе не могу, где вообще может находиться столь кошмарное место, в котором снимают такое непотребство! – дрожащими от негодования губами эльф снова отпил успокаивающего отвара.
— Тихо, тихо. Не кипятись, сынок. – погладила его по голове колдунья. – Сымали, сымают и будут сымать. Того ты не изменишь, покамест есть те, кому по душе на энто глазеть. А таких, уж поверь мне, немало!
— Немало... Что-то не очень мне в такое верится. Я вот, например, ни одного не знаю!
— Тю-ю-ю... Да о том просто не все говорят. А я вот, например, с одним таким любителем очень даже знакома.
— И кто же он? – Принц с недоверием исподлобья посмотрел на собеседницу.
— Да тот самый, которого ты давеча отседова выставил.
Поняв, что речь идёт о Жуке, эльф только поморщился и тряхнул головой. А потом залпом допил подостывший успокаивающий отвар и снова поморщился, на этот раз от его вяжущей горечи.
— Зря ты так с ним. Он ведь по делу приходил.
— Даже не хочу знать, какое у Вас к нему было дело! – отмахнулся мужчина, вспомнив, за каким занятием он их застукал, когда вошёл.
— И опять напрасно! Это ж я его позвала. Как энтого... Ну, как его... Как эксперта – во!
Принц всё ещё брезгливо косился на колдунью, но больше пока не перебивал.
— Ну, показала я ему, значит, то, что в блюдечке...
— Как??? Зачем?!! – всполошился ревнивый мужчина и даже вскочил с табурета.
— Да сядь ты уже! И хорош тут фыркать. Лучше дальше меня послушай. Я ему показала, потому как он таких вот кино пересмотрел на своём веку видимо-невидимо. И он без труда узнал ту киностудию. И даже название ейное мне сказал. Но токма его позабыла.
— Как позабыли?.. Отрешенно протянул эльф и снова плюхнулся задом на табурет.
— Да не переживай ты! Название ж – не главное. Самое главное, что он мне верно сказал, где она находится. Ну... Правда, вот за это мне и пришлось ему заплатить. Ты уж не серчай, сынок, это он велел мне Дюймовочкой твоей обернуться. Так уж раздухарился насекомый энтот, когда супружницу твою снова там голой увидел...
Эльф насупил брови и задумчиво потирал лоб.
— А знаете, что я сейчас вспомнил?..
— И что же?
— Не скажу точно, когда это было. Как-то однажды мы с Дюймовочкой занимались любовью, и в пылу страсти она призналась мне, что ей бы очень хотелось, чтобы все вокруг не только услышали, как мы это делаем, но ещё и смогли бы это увидеть. Она сказала, что мечтает показать всему миру, каким красивым может быть любовное соитие в исполнении двух по-настоящему влюблённых сердец. А потом ею овладело невероятное возбуждение. Я долго и страстно любил её и всё время приговаривал о том, будто бы на неё прямо сейчас смотрят тысячи широко раскрытых глаз и жадно внемлют нашим наслаждениям. Той ночью нам с ней
Тимур и его команда III. Bonus. Фрагмент 6 & 1/2. The Stariki. Окончание