Миссис Мейсон откинулась на спинку дивана со странной улыбкой на лице и сказала: - О, разве не здорово было бы снова испытывать такое же возбуждение от секса?
Мама расхохоталась, как и папа.
— Спасибо, Лоррейн, - сказал мистер Мейсон. - Большое спасибо.
— Я не это имела в виду, - сказала она, и ее глаза расширились, а щеки порозовели. Она посмотрела на маму. - Он действительно очень хорош в постели.
Пока все, кроме мистера Мейсона, смеялись, Дженна улизнула, чтобы собрать свою дорожную сумку. Сегодня она спала у меня дома, в моей постели, хотя мы и не планировали много спать. Выражение лица мамы ничем не отличалось от выражения всех остальных, но я знал, что в ее глазах была правда. Я чувствовал жар ее изумрудно-зеленых глаз всякий раз, когда она смотрела на меня, и видел, как сжимаются ее губы, а щеки обвисают (насколько это возможно), но, как я уже сказал, я был единственным, кто это заметил.
— Все в порядке, мам, - пытался я сказать ей глазами. - Ты по-прежнему моя киска, а я по-прежнему твой сын. Между нами ничего не изменится. - Но мне нужно будет показать ей, что ничего не изменится, прежде чем я затащу Дженну в свою постель. Как я собирался это сделать? Я не знал, но теперь, когда у меня была она, ничто не могло отнять у меня мою мать.
Унижение в День Рождения