к ее дому, а на скамеечке у подъезда юноша с цветами. Увидел ее и просветлел весь. Летит к ней с букетом в протянутой руке. Я себя лишним сразу же почувствовал и тихонько так, бочком, за угол нацелился. - Стой, где стоишь, - уголком рта говорит Света мне, а потом ему: - Здравствуй, Роберт! - Здравствуй, Света! - и лучится весь радостно и смотрит загадочно. - Как всегда, Роберт? - Как всегда, Света! - целует ей руку и... уходит. "Мама миа, - думаю, - это прям заговор какой-то. Ща этот Роберт с топором из кустов выскочит и меня прямо по пустой башке..." - Это кто? - задаю я хорошо завуалированный вопрос. - Роберт? - Угу... - Жених! - А то, что я здесь? - Не ты первый, - говорит Света, - не ты последний... Да и он тоже не первый. Он меня каждый день встречает, а я все время с кем-то... В гости зайдешь? - Так он же тебя любит, - искренне говорю я. - А ты, - поворачивается ко мне она. - А я нет! Уже нет! - Ну и катись! - Ну и пока! - руки в брюки и куда глаза глядят. Выхожу на улицу. Камушек перед собой ногой подфутболиваю и вдруг из - за кустиков - Роберт собственной персоной. Правда, без топора. - Здравствуй! - говорит. - Ты почему так быстро ушел? - Не понравилось... - Что не понравилось? - Ничего не понравилось! Отстань, без тебя тошно... - Ты не сердись, она ведь хорошая, - продолжает идти рядом со мной Роберт. - Ты что, уговариваешь меня вернуться? Роберт молчит, но не отстает. - Вот что, Роберт. Ты это, наплюй на нее... - Нет, я так не могу. Я ж ее люблю... - Тогда иди и сиди там, на скамейке пока не разлюбишь... - Слушай, - говорит Роберт, - идем со мной. Посидим там, пива выпьем. И так мне жалко Роберта этого стало, что я иду с ним на ту злополучную скамейку, прихватив ящик какого-то пива по 1 литу 10 центасов. И мы сидим там до утра, глядя на августовские звезды и рассказывая друг другу о своей дурацкой жизни. Видели бы вы лицо Светы, которая с утречка застала нас за вторым ящиком... Алексей Ковалев
изучение мира