то к другой амазонке подходили мужчины, они коротко о чем-то перешептывались и, либо уходили в темноту нависающих над полной деревьев, либо оставались тут же, принимаясь, за дело, как говорится, не откладывая, в долгий ящик.
В стороне Мина уже во всю сказала верхом на лежащем на вытоптанной земле воине. Она сбросила мешающую тунику и стоящие в стороне несколько мужчин недвусмысленно копошились руками у себя под набедренниками, наблюдая, как молодая амазонка принимает в себя мужской жезл их соратника.
Хлоя тоже уже не лежала на холодном камне, все тот же молодой воин стоял теперь, выпрямленный во весь рост и держал её под ягодицы, непрестанно подвигая вверх-вниз, и, кажется, избранной это даже нравилось, так как её короткие стоны достаточно явственно различались в общей какофонии звуков.
Вот очередную, стоящую в стороне девушку подхватил под ягодицы молодой воин, перекинут себе через плечо и поднес к алтарю. Королева на мгновение нахмурились – неужели хочет пустить кровь не избранной на алтарь, но тут же махнула рукой. Да какая разница. Девичья кровь она и есть девичья кровь, и Матери миров плевать, с кого будет сцежена, лишь бы побольше.
Воин, меж тем, уложил амазонку животом на камень и рывком сорвал с неё набедренники. Опустился на колени, перед аппетитно оттопыренным задом и впился ртом в такие манящие губки. Девица от неожиданности вскрикнула, но не сопротивлялась. Он же, пальцами развел её губки и принялся вылизывать заветную дырочку языком, иногда достаточно глубоко просовывая его в лоно. А она лишь вскрикивала и дергала задом каждый раз, когда его манипуляции становились слишком невыносимыми. С другой стороны камня в это же время другой юноша уложил ещё одну амазонку и принялся пальцами усиленно натирать горошину клитора, одновременно, достаточно крепко тиская её крупную грудь. Амазонки же, соприкасаясь лишь головами, подтянулись и впились в губы друг друга страстным поцелуем. Не разорвали его даже тогда, когда мужчины одновременно пристроились и ударили в них своими жезлами, пронзая, едва ли не до самого сердца. Лишь одна коротко замычала, сквозь занятые губы и на алтарь вылилась очередная порция крови.
Её воин появился рядом так внезапно, что королева просто не нашлась, что сказать, а он легко подхватил её на руки и сам сел на трон, ухаживая её себе на колени. Так же молча просунул руку ей под набедренник и ввёл два пальца в жаждущее лоно. Королева сжала его бедра пальцами, с трудом сдерживая стон, но тут изумление её достигло апогея, когда из-за спины вынырнула ещё пара рук, и принялась тискать её крупные груди. Она приподняла голову и узела молодого воина с волосами удивительно тёмными для этих мест. Он же, не изменив выражения лица, продолжал своё занятие.
– Это мой любовник Сокол, ему позволено все, – сообщил её воин, отвернул в сторону набедренник и вытащил внушительных размеров член, который, не медля больше ни секунды, направил в её лоно и ввёл одним умелым, достаточно грубым движением.
Вновь почувствовав себя женщиной, королева, вскрикнула, широко раскинула ноги, принялась подмахивать, удерживающему её мужчине, тогда как Сокол обошёл её, встав напротив и вдруг сбросил с себя одежду, явив взору также достаточно внушительный жезл, тёмный и торчащий, словно острие копья.
Королева вдруг поняла, что ему надо от неё и ей стало страшно. Как можно выдержать двоих мужчин одновременно? Оказалось, ещё как можно. Сокол присел так, чтобы было удобнее, а её воин приподнял ноги Амазонки, открывая её промежности его взору и вздыбленному члену. Мягкая головка уперлась в переполненное лоно и медленно, с трудом протиснулась рядом с медленно движущимся членом его
Зоя Викторовна