а затем я вытащил их и слизал ее соки с кончиков пальцев. Я обхватил пальцами свой член и протолкнул его в эти мягкие розовые губки.
— Для тебя все, что угодно, старший брат.
Я вогнал свой член в ее мокрое влагалище, и костяшки ее пальцев побелели, когда они сжались на моей руке. Я шлепнул ее по заднице, когда она снова толкнулась в меня. Холодный воздух щекотал ее соски, а ее губа кровоточила от того, что она так сильно прикусила ее. Я толкнулся, и мы изо всех сил старались сохранять тишину (хотя звук ее влажного влагалища, приглашающий меня войти, был бы безошибочно слышен любому бодрствующему в этом доме). Она застонала от усилия, и мои пальцы впились в ее бедра. Я толкался, и толкался, и толкался, чувствуя - не в первый раз и, конечно, не в последний, - что я никогда не был таким твердым и возбужденным, как тогда, когда Моника тихо позвала меня по имени. - Трахни меня, Джонни, - прошептала она.
Несмотря на холодильник, пот струился по нашим мышцам. - Трахни меня, Джонни, - прошептала она. Я скользнул рукой по ее выгнутой спине и схватил ее за плечо. - Ух, - проворчала она. - Прямо здесь. - Я толкнулся. - Вот и все. - Я сделал выпад. - Да...
Наконец она сказала: - Я хочу посмотреть, как ты кончишь в меня. - Я вышел, стянул с себя рубашку, стянул с нее и расстелил их на земле, чтобы смягчить ее копчик. Она схватила меня за плечи, закинула лодыжки мне на спину, и я вошел в нее на кухонном полу. Ее глаза прожигали меня насквозь, а ее тело свисало с моего, пока я наказывал свои колени и трахал ее хорошо и жестко на кафеле. - Я ждала тебя весь день, Джонни, - простонала она мне в рот. Ее язык слизнул пот с моего подбородка. - Весь день. Трахни меня. Весь день. Трахни меня! - Она оторвала мою ладонь от земли и приложила ее к своим губам, когда закричала от оргазма. Затем я тоже начал кончать, заполняя ее влагалище, опустошая свои яйца. Ее глаза расширились, когда они переместились с моего лица на талию, наблюдая за тем, где мы соединялись. Наблюдая, как я оплодотворял ее. Ее бедра дрожали, покачивались и пытались обхватить меня, но к концу мы превратились в переплетение конечностей, которым было больно и неудобно на кухонном полу.
Моника каким-то образом высвободилась и уложила меня плашмя на плитку, чтобы она могла высосать остатки спермы из моего вялого члена. Она стонала в него, пока работала, наслаждаясь ощущением моего семени, стекающего по ее языку. Затем она переползла на мою грудь, чтобы поцеловать меня. Наши языки встретились, закружились, пробуя эссенции друг друга, а потом она вытерла мне рот и улыбнулась. - Нам нужно подняться наверх, - сказала она. - Я хочу спать.
Оргия на работе