— Я переживала из-за этого все выходные, но ты должен знать. Мы с мужем поужинали и пошли танцевать, чтобы отпраздновать нашу годовщину в субботу. Мы пошли в джаз-клуб в центре города, и...
Она начала плакать. Мой разум метался, пытаясь угадать, что она собиралась мне сказать. И тут меня осенило. Зои должна была быть на встрече партнёров в субботу в Портленде, и она осталась там на ночь.
— Что, Мел?
— Твоя жена была там с каким-то парнем, и они... хорошо... Я сделала несколько снимков. О, Боже, мне жаль, Люк.
Фотографии были довольно чёткими. Были отчетливо запечатлены ласки под столом, притирания на танцполе и страстные поцелуи.
Мои слёзы текли, как водопад Сноквалми. Сначала ужасные новости Денниса и Обри взорвали мои эмоции, а теперь Зои предала меня. Мелани осыпала меня объятиями и извинениями. Мне удалось успокоиться и поблагодарить её за то, что она рассказала мне, и я извинился за то, что Зои испортила им выходные.
Мэл переслала фотографии, и я распечатал более наглядные из них для использования в тот вечер. Я узнал в парне одного из моделей, которыми руководила Зои.
По дороге домой я заехал в паб, чтобы выпить для храбрости перед противостоянием. Кейли отлично помогла мне успокоиться. Пара моих друзей по футбольным временам тоже были там. В то время я этого не знал, но двое из них разработали план, как преподать урок любовнику Зои. Позже я узнал, что они выследили его и избили до полусмерти. Я вроде как хотел, чтобы они этого не делали, и всё же я чувствовал сильную вину за то, что втайне радовался этому.
Ожидание возвращения Зои домой, казалось, тянулось целую вечность. У меня скрутило живот. Мой разум продолжал переключаться между гневом, ненавистью, сожалением, мыслями о прощении и болью. Когда она, наконец, впорхнула, я сидел за обеденным столом со своими экспонатами, готовыми к презентации.
Она вошла в комнату такая веселая и милая.
— Привет, детка!
Она подошла, чтобы поцеловать меня, но я оттолкнул её.
— Садись. Сейчас же!
Она села так быстро, что чуть не промахнулась мимо стула.
— Люк, почему ты так со мной разговариваешь?
— Я не знаю.
Одну за другой я выкладывал фотографии на стол.
— И как я должен с тобой разговаривать?
Она взглянула и сразу же побледнела. Её слёзы лились рекой и растопили бы меня днём раньше. Теперь они просто вывели меня из себя.
— Так какую часть "верности" ты не поняла?
— Люк, я...
— ЧТО?! Что ты собираешься сказать? Это просто секс? Это ничего не значит? Ты любишь только меня? Что ты вообще можешь сказать такого, что позволит тебе вывернуться?
— Пожалуйста, не надо меня ненавидеть. Подожди несколько дней и остудись. Я никогда...
— Что "никогда"? Никогда больше этого не сделаешь? Как часто ты делала это с этим парнем? А как насчёт других парней? Я не могу поверить, что ты вот так предала меня, особенно зная, как Харпер изменяла мне.
— Ты просто не понимаешь такую женщину, как я.
— Не понимаю?
Моя ярость закипала. Обхватив её за шею, я приблизил лицо к своему на расстояние нескольких дюймов и заорал во всю мощь своих лёгких.
— Я полностью понимаю, кто ты такая. Я бы назвал тебя свиньёй, но это оскорбление для свиней. Ты одурачила меня, не так ли? Я уверен, вам с вашим мальчиком нравилось говорить обо мне, пока он воровал тебя у меня.
Я грубо оттолкнул её, потому что боялся того, что мог бы сделать. Я видел страх в её глазах, и это одновременно радовало меня и пугало. Я больше не мог смотреть ей в лицо,
В поезде с тремя