рта соску, я повернулся к Даше, строго посмотрел ее в глаза, и, наклонившись, повелительным тоном произнес:
— Ты сейчас кончишь! — и выкрутил ей сквозь одежду сосок, заставив дёрнуться от боли.
Это движение тоже перешло в оргазминную судорогу.
—Спасибо, Хозяин! — раздался голос со стула.
— Спасибо, Хозяин! — это со стола, спустя секунду.
—Вот так, шлюшки мои! — сказал я, довольный тем, что вовремя почувствовал их готовность. — Ну а теперь приз за усердие! Разделите по справедливости.
Я притянул к себе рыжую женщину и, сконцентрировавшись, после нескольких движений рукой вздрогнул сам, спуская семя, за пухлые, слегка конопатые щёки. Последнюю каплю, выдавленную из уретры, я размазал головкой по плотно сомкнутым губам. Девушка и женщина тянулись друг к другу. Процесс разделения спермы почти сразу превратился в настолько чувственный поцелуй, что стало очевидно, что делёжка моего сока — лишь повод. Вряд ли он настолько вкусный, на сколько страстны их лобзания. Я посмотрел на часы: от урока прошло чуть больше десяти минут.
— Леди, мы еще имеем все шансы успеть на физику.
Приведение себя в порядок уложилось в минуту, и мы с Дашей поспешили на урок, на прощание чмокнув учительницу в щёки с двух сторон.
В течение оставшихся занятий мне не давал покоя ошейник в кармане и мысль, мелькнувшая в голове, когда я его забирал из Наташиной сумки
Трансформация