огромными, как дыни. Они немного обвисли, но, боже мой, они были великолепны. Она улыбнулась мне, когда я залюбовался ее огромными грудями. Я проследил, как вены пересекают ее шелковистую кожу. Мои глаза пировали на них, мне хотелось взять их в руки и не отпускать. Я знал, что никогда не устану любоваться этими потрясающими сиськами!
— Они тебе нравятся, Зак? — прорычала Мэри.
Я энергично кивнул.
— Они чертовски потрясающие, Мэри, — ответил я.
— Не хочешь ли ты втереть в них немного масла? — спросила она, опускаясь передо мной на колени.
Она протянула мне бутылочку с детским маслом и, просунув руку под одну из своих огромных грудей, приподняла ее для меня. Я попытался открыть бутылочку, но от нервов я стал неуклюжим, поэтому мне потребовалось три попытки. Я налил немного масла в ладонь правой руки и наклонился ближе к Мэри. Сначала я немного колебался, но Мэри велела мне действовать. Я провел рукой по верхней части ее большой правой сиськи, поглаживая ее, удивляясь теплу и упругости ее плоти.
Вскоре я понял, что небольшого количества масла на моей ладони никогда не будет достаточно. Я вылил более щедрую порцию прямо на ее огромную дыню.
— О, Боже, как холодно, — громко вздохнула Мэри.
Я опустил бутылку и обеими руками стал втирать масло в огромную тяжелую сиську; сосок, казалось, становился еще больше, когда я проводил по нему пальцами. Пока я гладил и обрабатывал ее огромные дыни, рука Мэри ускользнула, оставив меня самого поднимать и массировать ее сиськи. Она стонала, иногда издавая хныканье, когда я поглаживал ее соски.
— О, это так приятно, — вздохнула она.
Я взял бутылочку с маслом и переключил свое внимание на ее левую сиську. Я налил масло на верхнюю часть ее сиськи и наблюдал, как оно сочится вниз по склону к темному твердому соску. Мои руки глубоко втирали масло в ее теплую плоть. Ее сиськи казались такими упругими и тяжелыми, когда я поднимал, ласкал и гладил их. Мои руки пробежались по всей плоти сисек, поглаживая, массируя и лаская их. Я был в раю, поглаживая и лаская. Мои пальцы играли с податливой теплой плотью ее больших сисек. Вскоре они обе были вымазаны в масле, кожа блестела.
Боже, я никогда не был так возбужден. Мой хуй был тверд, как гвоздь. Наверное, я был поглощен этими колоссальными сиськами, но хихиканье Мэри вернуло меня к жизни. Я поднял глаза и увидел ее огромную сияющую улыбку. Она смотрела на меня, улыбаясь.
— Тебе нравится, малыш? — спросила она, и это был глупый вопрос.
Я смог только кивнуть. Ее смех наполнил комнату.
— Ты знаешь, что хорошо, когда у тебя большие сиськи? — Я вынужден был признать, что нет. — Я могу использовать их, чтобы подрочить мальчикам вроде тебя.
Наверное, пустое выражение моего лица выдавало мою наивность.
— Ты никогда не слышал о дрочке сиськами, Зак? — Мэри улыбнулась мне. — Тогда тебя ждет удовольствие.
Мэри встала и легла на спину на кровать.
— Иди сюда, любовник, и принеси масло.
Когда я подошел к кровати, она погладила мой хер.
— У тебя симпатичный хуй, Зак. Такой большой и твердый. Теперь садись на кровать, — сказала Мэри низким, полным вожделения голосом.
Как только я оказался на кровати, она приказала мне обхватить ее за талию, а затем продвигаться вверх по ее телу, пока я не оказался на середине ее груди.
Ее руки обхватили бока этих огромных дынь, сжимая их вместе и представляя их мне. Я боялся причинить ей боль и в то же время был заинтригован тем, что сейчас произойдет,
Училка математики