приспустил шорты, высвободив все еще стоящий член, и продолжил гладить Кристу руками, касаясь ее живота набухшей головкой.
"Я тоже хочу кончить, " с этими словами Криста полезла в небольшую спортивную сумочку, с которой занималась, и вынула оттуда презерватив. "Ты мне должен, окей?"
Я согласно кивнул. Из головки члена показалась крупная мутная капля, она набрякла и повисла вниз, как выдавленный клей. Криста заметила свисающую с члена нитку спермы, и предусмотрительно выставила ладонь: “Ты что, опять кончаешь?!”
“Нет, это остатки вытекают.”
“Только не смей снова меня обливать! У тебя сперма хлещет как из пожарного шланга! Кончай в меня, окей?”
Я поглядел на ее потекшую косметику, слипшиеся опахала ресниц и усмехнулся: “Да какая разница уже, ты и так вся в сперме.” Но Криста все еще выглядела недовольной, поэтому я клятвенно сложил ладони и пообещал кончать только в нее. Лицо девушки немного смягчилось, она пальцем подобрала тянущуюся от набалдашника головки нитку вязкого семени и попробовала ее кончиком языка.
“У тебя такой пряный вкус. Никогда не пробовала такого.”
Я поглаживал Кристу по груди, размазывая по соскам еще не остывшее семя. Член подергивался от жгучего желания войти в девушку.
“И много спермы ты перепробовала за свою жизнь?” тяжело дыша, спросил я.
“Много!” выдохнула Криста и, взяв в руку член, начала быстро его дергать. Влажная головка захлюпала, и из головки вновь показалась мутная капля. “Ты не первый, кто имеет меня в этом туалете. Но никому еще я не позволяла поливать себя спермой.”
Криста размазала каплю по головке, отпустила член и приспустила леггинсы, показывая прозрачные трусики, с трудом прикрывавшие ее набухшие половые губы. Они вылезли из тоненьких краев трусиков и сочились влагой. Я схватил с раковины упаковку с презевативом, разорвал зубами и трясущимися руками натянул его на пульсирующий член. После грубо схватил Кристу за плечи, развернул к себе попой и нагнул, держа за голову. От похоти я уже мало что соображал. Отодвинув полосочку трусиков в сторону, я засунул два пальца в ее тугую истекающую соком щелочку – Криста коротко вскрикнула и прогнулась в спине. Ее попа задвигалась, она повернула голову ко мне и просительно заглянула в глаза, словно говоря: “Ну же, вставляй скорее, я больше не могу!”
Я приставил головку к лону, ввел член до половины и замер – у нее там было настолько горячо и узко, что я едва сдержался, чтобы не выстрелить семенем сразу. Криста вновь чуть вскрикнула вначале, потом подалась назад всем телом, и член оказался в ней полностью. Я заскрипел зубами от усилия, сдержал напор спермы и, подхватив Кристу одной рукой под живот, начал размеренно, не торопясь, трахать ее, загоняя член ей по самые яйца и почти полностью выходя из ее, чтобы ее половые губы влажно хлюпнули. Криста дрожала в моих руках и еле слышно постанывала. Я схватил ее за сисечки, и начал довольно грубо мять, стискивая ее упругие шары изо всех сил. Девушка чуть взвизгнула, но по тому, как она начала сама насаживаться на член, я понял, что ей нравится такая грубая ласка. Она подавалась назад всем телом, вцепившись руками в раковину и стараясь расставить ноги пошире. Мои набухшие новым эякулятом яйца бились о Кристу и издавали звук мокрого шлепка.
Криста увеличила темп, потом насадилась до самого упора и с усилием выдохнула. В зеркале я увидел, как ее глаза закатились под веками, из полуоткрытого рта закапала слюна, она затряслась всем телом и начала кончать:
“Черт! О черт, твою мать! Охренеть...” примерно это произносила девушка, когда билась в оргазме, только куда грубее: “Чтоб меня, как же чертовски
Недотрога