самого конца повествования! Короче. Надька, беременная Лёвкой, взяла Миху и укатила к её родне на юг. Так что, я отдыхал здесь один. Ну как один... В первую же пятницу собрались у меня ребята с команды. Мы как раз тогда спортивную карьеру завершили... ну и решили, того... отметить. Собирались-то все пригнать, но доехали только одиннадцать, остальные, видимо, по пути уже отметили.
В общем, гудели с утра... Ну как - гудели? В меру, всё ж спортсмены, какие-никакие. Но жара и водка - они ж сильнее любого спорта, так что, к обеду все как-то поныкались кто куда, и наступила у нас, как говорится, сиеста. Один я, как положено радушному хозяину, бодрствовал... на всякий пожарный.
И вдруг... думал - галлюцинация у меня, ан нет - она это, в калитку тихонечко вошла, стала и смотрит своими глазищами! "Ну здравствуй, - говорит, - Серёжа"! А я, как в одних плавках стоял столбом, так и стою! Потому как за те три года, что мы не виделись, из девушки юной превратилась она в настоящую даму красоты такой, что сердце останавливалось... Не простую, надо сказать, даму, по одежде, по причёске... да по всему видать было - высокого полёта женщина! Такая, знаете... утончённая. Фигурка - улёт, платье её так подчёркивало, что я, пока смотрел, сам не заметил, как у меня плавки оттопырились. А она заметила. Улыбнулась так, лукаво, и говорит, мол - что же ты, Серёжа, гостью-то на пороге держишь?
Я спохватился, на веранду её проводил, налил настоечки, конфетки выставил, в общем, как мог культурно соответствовал. А она, спокойно так, рюмку опрокинула и глазами показывает - наливай, мол, ещё! И видно, что волнуется, как будто. Ну я налил ей ещё одну, себе не стал, поскольку был... уже. Она после второй осмотрелась, улыбнулась задумчиво мыслям своим, как будто, и такая - а что это ты, Серёжа, как воды в рот набрал? Или не рад меня видеть? Я, такой, - да что ты, Валентина, очень рад, просто - не ожидал, извини мол, за вид неподходящий, да беспорядок... А она засмеялась грудным, таким, приятным смехом, и говорит - вид у тебя как раз подходящий - и на плавки мне смотрит! А я чувствую, что у меня от её улыбки и вида её декольте, хуй уже в плавках конкретно не помещается, чуть не в узел загнулся и плавки-то его уже не больно и скрывают...
В общем, прифигел я от такого поворота беседы и стою, тупо таращусь на неё, как на... ёлку новогоднюю. А она сама дотянулась, сама плеснула себе третью, выпила, и поднялась со стула... А помнишь, говорит, как ты за мной на выпускном ухлёстывал? Ха! Помню ли я!! Ещё как помню, как она мне тогда от ворот поворот дала... Так и сказал, недолго думая. А она... медленно так, как в забытьи, руку подняла, и поясок на платье расстегнула... И в глаза смотрит, странно так... Ну, тут у меня уже забытьё наступило... помню только, что плавки сорвал и шагнул к ней... А потом - только губы её, руки, хуй мой мнущие, платье её на пол полетело, бельё дорогое кружевное туда же...
Пауза.
— Ну? А дальше!?
— А дальше я её ебал. Сначала на столе вот этом, круглом, он тогда ещё там стоял, на веранде. Потом на диване... Потом на полу. А Валька, надо сказать, оказалась той ещё партизанкой. И когда я в первый раз её пиздёнку натягивал, медленно и трудно, потому как, узенько там у неё всё было... как будто
Полнолуние. Часть пятая.