не буду клясться тебе, что не расскажу это Дженн, — ответил я.— Мы с ней договорились, что у нас нет друг от друга секретов. Я советую вам с Джейми тоже заключить подобный пакт, если вы оба хотите сохранить ваши отношения. От недомолвок одни проблемы.
—Ладно, а ты сможешь рассказать ей это только в том случае, если тоже возьмёшь с неё клятву ни с кем это не обсуждать и в первую очередь с Джейми? — спросил Эрик.
—Это я думаю, возможно, — ответил я, немного подумав.
—Хорошо, тогда я считаю, что ты поклялся мне не обсуждать это ни с кем, кроме Дженн, и то при условии, что ты возьмёшь с неё клятву. Смотри, Майкл, наша приёмная мать взяла с меня слово на смертном одре, что я позабочусь о Джейми. Потому что Джейми, ну ты знаешь, какая она? — начал Эрик.
—Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, — ответил я.— Джейми — обычная девушка. Вроде моей сестры Мэнди, да упокоится она с миром. По крайней мере в моих глазах.
—Майкл, это в твоих глазах. Но я тебе приведу кучу отличий между ними. Джейми— спортсменка, как мы, а Мэнди никогда не был интересен спорт, она посвятила свою жизнь науке, как ты помнишь. Да, Джейми, возможно, умнее Мэнди и значительно умнее меня, но Мэнди нравилась почти всем парням в убежище, а девчонки ей завидовали, хотя Мэнди и отвергала ухаживания всех парней, но это был её выбор. А вот Джейми... Она бы хотела быть в этом плане такой же популярной, как Мэнди, но увы. И на это много причин. Во-первых, мы оба не самые привлекательные детки пустоши. Я это очень хорошо понимаю. Во-вторых, мы самые старшие среди деток пустоши. В-третьих, ты же сам заметил, что Джейми очень властная и хочет, чтобы всё всегда было так, как она хочет. Так сказать, контролировать ситуацию. Она и наукой отказалась заниматься только потому, что результат научного эксперимента невозможно предсказать, а 10 лет назад она натерпелась такого страха, когда обнаружила в лаборатории эту самую аморфную плоть. Ну и как ты понимаешь никто из парней не хотел связываться девчонкой, которая, во-первых, не очень привлекательна, а, во-вторых, старше, а в-третьих, любит доминировать и продавливать то, что она хочет. Ну а Джейми ж уже 24, — сказал Эрик.
—Эрик, к чему ты клонишь? — спросил я.— Хочешь сказать, что Джейми бухает, чтобы таким образом повысить свою привлекательность?
—Именно так. Хоть ментаты не жрёт — уже хорошо, —ответил Эрик. — Помнишь Терезу Гловер?
—Да, помню. Она ж была диджеем на радио убежища и Джейми была подружкой невесты на её свадьбе, — сказал я.
—Да, только мало кто знает, что она стала диджеем, потому что наша приёмная мать замолвила за неё словечко. А она это сделала, потому что Тереза вроде как лучшая подруга Джейми и сама Джейми замолвила за неё словечко. Ну и не просто подруга...— сказал Эрик.
—Что ты имеешь в виду? — спросил я.
—То, что, когда Джейми не смогла что-то получить кое-что от парней, она получила это от Терезы Гловер. Которая быстро смекнула, как можно вить верёвки даже из вроде бы такой умной девушки, как Джейми, — ответил Эрик.
—Хочешь сказать, что они лыткарились? — спросил я.
—Да, это было именно так. Ты же помнишь нашу радиостанцию? Джейми приходила туда, Тереза запирала дверь, ставила какой-то длинный трек, и они там развлекались. Как я понимаю, Тереза не воспринимала эти отношения всерьёз, да и ты ж помнишь, как у нас в убежище относились к подобному.
Жизнь на ферме