отцом Йетти ушли на задание в 2235 г. И никто не знает, что с ними случилось. Впрочем, ответ очевиден. Поэтому наши покойные приёмные родители и не хотели, чтобы мы с Джейми становились разведчиками Пустоши. Но от судьбы не уйдёшь, мы всё равно вышли на поверхность, — ответил Эрик.
—Интересно. Теперь я понимаю мотивы Йетти. Он бы в жизни не пошёл против своего дяди в законе. А Джейми тоже знает всю эту историю семей убежища? Ведь назвав Дженн своей кузиной, она была не так и далека от истины, хоть и сделала это, чтобы заморочить голову Глушителю (прим. англ. first cousine once removed означает, как двоюродную тётю, так и двоюродную племянницу), — заметил я.— Так как ты сказал фамилия первого мужа Майи? Получается, что он принадлежал к ортодоксальной церкви? Это очень странно, учитывая, что бабушка Глория была ревностной католичкой.
—Ну, если только забыть, что нас с Джейми усыновили. А так и ты Дженн в некотором роде приходишься кузеном, — усмехнулся Эрик. — Ну а что касается Майи и Гектора. Понимаешь, как это обычно бывает у нас в убежище среди людей нашего возраста? Играй гормон и пофигу, кто какому богу молится. А потом свадьба по “особым обстоятельствам”. Политика защиты семьи и тут не отвертеться. Но по большей части дети от таких браков либо вообще нерелигиозные, либо ходили к нам на мессы, как ты помнишь.
—Ну, уж нет. Меня, Шона и Мэнди Кристиансоны не усыновляли. Только Джейсона. Поэтому я пролетаю. Но в любом случае дети пустоши — это потомки тех, кто жил в убежище до конца 22 века, а значит у нас с Дженн вполне могут быть общие предки. Или нет. Кто знает, — ответил я.
—Ладно, мы можем ещё долго обсуждать родословную, но я собираюсь идти спать. Спокойной ночи, — пожелал мне Эрик.
—Спокойной ночи, — ответил я ему и продолжил писать свой дневник. Вот сейчас его допишу, сверну это покрывало и завалюсь рядом с Дженн. Сегодня был очень непростой день, но и завтрашний вряд ли будет проще. Нужно будет решить очень много вопросов.
как я стал обладателем почти девочки