Знал, но, боюсь не настолько хорошо, как сам Виталий... Я был сержантом-сверхсрочником, контрактником, на прапора метил, а Виталий таки капитаном, нашим командиром... Но могу сказать одно - Антоныч был мужик что надо! А ты, значит, Миша Ракитин?
— Увы, нет... Мы - Чарушины, решили взять девичью фамилию мамы... Она пожертвовала своей жизнью ради нас с сестрёнкой, а замужем так и не побывала!
— Мать - это святое! Вы правильно с сестрой поступили, а Ракитиных всё равно звали отцом и матерью, не так ли?
— И роднее людей у нас в жизни не было! - голос Миши дрогнул. - Вот потому я и пришёл попросить Вас рассказать об отце...
— Я и сейчас помню душещипательную сцену в том санатории, в Солёногорске, что был детским борделем! Блядь! До чего доводит людей, нет - НЕЛЮДЕЙ, изощрённый разум... Точнее - мразей, больных безумием! Мы как раз закончили бумажную работу и готовы были передавать детишек в органы опеки, смотрели в эти карие, серые, зелёные, голубые зарёванные глазёнки и... Душу рвало на клочки! Разблядь-переблядь! Прости, Миша! Разволновался я немного! Подержи штурвал!
Капитан Шиловский сделал шаг немного вбок, открыл дверцу небольшого холодильника, достал бутылку «Арагви», большую плитку чёрного шоколада с лесными орешками, из шкафчика над холодильником - две рюмки, плеснул в них напиток... Потом разделил шоколад на три части - половинку и вторую половинку ещё пополам и снова повернулся к штурвалу.
— Миша! Спасибо, что напомнил мне мои молодые годы! Для меня эта история стала определяющей в жизни! После службы я стал работником социальной сферы, проработал там пятнадцать лет, а всё для того, чтобы хоть как-то облегчить участь таких вот детишек, а несколько лет назад Виталий позвал меня в партнёры...
Мужчины выпили, закусили шоколадом. Сергей Владимирович продолжил:
— Так вот, Антоныч совершил тогда ПОСТУПОК! Мог, конечно, не делать этого, но... НЕ ПОСМЕЛ! Вот такой он был человек! Человек с большой буквы! Он указал на двоих близнецов, брата и сестру и сказал: «Эти - МОИ!» Девчушка, чёрненькая такая, кареглазая, подбежала к нему, обняла и у него на груди разревелась! Чистяков тоже совершил поступок, которого никто не ожидал - пересёк фойе и вручил малышке шоколад из НЗ со словами: «Не плачь, девочка! Всё плохое уже позади»!
— Конечно, все мои сослуживцы, и я в том числе, раздали НЗ - шоколад и галеты остальным детишкам! Как они на нас смотрели... Многие плакали, наверное, от счастья... А ту девчушку до сих пор помню...
— Её зовут Вера и она моя сестра! - Михаил потянул носом, стараясь сам скрыть слёзы... - Мы ту шоколадку на двоих слопали в нашей комнате. У нас была отдельная спальня. Когда нас усыновила Милена Сергеевна, заведующая санаторием, в три года, мы по документам до четырнадцати были Маниными. А потом у нас появилось юридическое право выбрать фамилию...
— Так это ВЫ - гости Чистякова?! Боже, как мир тесен! Давай выпьем! За ЭТО - НАДО!
— А разве Вам можно столько?
— Пират должен быть слегка выбрит и до синевы пьян! - засмеялся Капитан. - Штурвал я кручу по привычке, чтоб руки занять! Прогулочный маршрут давно забит в память автоштурмана и, даже если я буду валяться в стельку пьяный, комп по GPS доведёт яхту до пирса и дозвонится кому-нибудь из друзей, чтоб пришвартовали! Здесь стоит восьмиядерная малая рабочая станция «VMD-Positron» - это, я скажу тебе, Миша - мощь!
— У ВитВита - такая же машина, только на шестнадцать ядер, как мне Данила рассказал. Искусственный Интеллект охранной системы мы с женой, детьми и Светланой
Игра с другом на желание