— Ну вот, полная стыковка произошла, попы с членом.
Теперь ты больше не целочка.
Сделав несколько резких движений, он с рычанием спустил сперму ей внутрь покрасневшей дырочки.
— Все, давай спать.
Он положил девушку на тахту.
Она затихла, засыпая.
Чтобы через некоторое время очнуться, почувствовать, как мужское тело тесно прижавшись к ней, ее снова желает.
Без ее согласия.
Он и не спрашивал ее разрешения.
В мире играют роль только животные рефлексы.
Стоящий как железо член насильника, цепко раздвинув девичьи ягодицы, вполз ей в уже не девственную попу.
Девушка пытается представить себе в уме, что на месте мучителя, сейчас ее принц, настоящий и самый желанный на свете. Но у нее не получается.
Мужской член без жалости владеет ей, терзает ее попу.
Чужой ненавистный голос, рычит ей на ухо:
— Я кончаю в тебя, шлюха!
Ей стало все равно.
Она только хотела спать.
Заснуть, больше не просыпаться.
Чтобы потом всю ночь это продолжалось по кругу:
Ее принужденно трахают, переворачивают на спину, затем на живот, кончают в попу, выталкивают из постели, чтобы она сходила в ванную подмылась.
Короткий сон, ножки раздвинуты, жесткий член опять заходит в попу, в опухшую дырочку вливается чужая мужская жидкость, она идет подмываться.
Потом еще раз, еще раз, и еще...
Утром он ее снова разбудил.
Использовал расширенную дырочку по назначению, его член в попу девушки втиснулся почти свободно.
После отправил ее в ванную подмываться, дал мазь, чтобы она смазала воспаленные места. Вернул телефон.
Он поставил чайник, сделать кофе.
Она сделала дела в ванной, вышла, стала одеваться: натянула чулки, платье, а нижнее белье, как ненужные отходы, швырнула в мусорное ведро, стоящее на кухне, с мойкой, с кухонным столиком.
На нем стояли две чашки с горячим кофе.
Они стали пить кофе, как ночью вино, только уже молчали, после произошедшего.
О чем они думали в себе, какие чувства возникали друг к другу, о том, что произошло ночью между ними;
Говорят, что девушкам нравятся законченные подонки, но это не про неё сказано.
Она, не чувствовала ничего, даже ненависти к нему.
Он испытывал разочарование, немного стыда, за то, что сотворил с ней.
Ему почему-то захотелось извиниться перед «особенной», которая все равно желает другого, а не его.
Он ночью понял, во время процесса принужденного соития, что она победила, он проиграл.
Поэтому не стал применять разные возбуждающие штуки: шлепать по ягодицам, хватать за волосы, держать за горло, лизать клитор...
Он просто удовлетворял похоть, как с неживой резиновой куклой.
А с куклой нельзя добиться такого кайфа, когда имеешь дело с живой, стонущей, оргазмирующей девушкой.
Может надо припугнуть ее: сказать, что в комнате есть скрытая камера, снимал на телефон.
Да нет, она ничего не будет делать: не пойдет в полицию, не станет жаловаться. Она особенная.
Мда, надо срочно искать другую телочку, а то с этой, какой-то крутой облом получился.
Еще теперь убирать квартиру от всего срача!
Они ни проронили, ни слова, пока пили кофе.
Она допила кофе, поставила пустую чашку на столик, пошла в прихожую, одеваться.
Он пошел тоже туда, протянул ей деньги, две пятитысячные купюры.
Сладостный сон