чтобы быть такой скованной, девочка, - крикнул мистер Джонс, и в его словах слышалось разочарование. Я проигнорировала его, продолжая работать и пытаясь осмыслить ситуацию, в которой оказалась.
Шли часы, и с каждым мгновением напряжение в комнате росло.
Мистер Джонс тихо сидел на диване, его глаза следили за каждым моим движением, пока я ходила между раковиной и кухонным столом, моя и вытирая посуду.
Когда я наклонилась, чтобы убрать чистую посуду, то почувствовала его пристальный взгляд на своей заднице. Я сжала кулаки, мое раздражение росло.
Нежелательное внимание было почти невыносимо. Как раз в тот момент, когда я собиралась огрызнуться, мистер Джонс встал и подошел ко мне, его движения были медленными и обдуманными.
— Я ничего не могу с собой поделать, - сказал он низким и хрипловатым голосом.
— Что ж, вам придется это сделать, мистер Джонс, - сурово сказала я.
— Давайте поднимемся наверх, переоденемся и умоемся, - заключила я. Мое католическое чувство вины заставляло меня чувствовать ответственность за его благополучие, и именно поэтому я была там в первую очередь. Я взял его за руку и помогла подняться наверх, в его спальню.
Он опирался на меня, пока его тело боролось с желаниями разума. Каждый шаг вверх по скрипучей старой лестнице вызывал у него отчетливый стон. Но когда мы приблизились к вершине, я услышала другой стон – на этот раз гораздо более глубокий и полный желания.
Мое сердце бешено заколотилось, когда я поняла, что происходит, напряжение между мной и мистером Джонсом наконец-то достигло предела.
Когда мы поднялись наверх, в его грязную спальню, я почувствовала запах его белья, полного грязной одежды. Пришло время для того, чего я боялась больше всего, - раздеть его.
— Я сегодня принял душ и не хочу, чтобы ты на меня смотрела, - сказал старик.
— Хорошо, мистер Джонс, тогда я просто переодену вас, - сказала я, чувствуя облегчение. Я начала стягивать с него футболку через голову, обнажая дряблую грудь, покрытую седыми волосами.
— Черт возьми, девочка, у тебя великолепные сиськи, - сказал мистер Джонс, и я почувствовала его горячее дыхание на своей шее. Он протянул руку и нащупал мою правую грудь, пытаясь сохранить равновесие.
Я резко вдохнула, потрясенная его внезапной смелостью.
— Мистер Джонс, это неуместно, - сказала я, отстраняясь от него и сосредотачиваясь на том, чтобы остановить его.
Он что-то проворчал, но больше не пытался ко мне прикоснуться.
Мои волосы растрепались от долгой ходьбы и дерганья за них.
— Ух ты! ты потрясающая! – сказал он. Я откинула волосы назад и встала на колени для того, чего так боялась - расстегивания штанов этого старика. Это задание заставило меня вспомнить все те случаи, когда я помогала отцу подняться, когда он пытался встать со стула. Но на этот раз все было по-другому. Я знала, что меня ждет, когда его брюки были расстегнуты, и в нос ударил запах старика. Мое лицо было всего в нескольких дюймах от зарослей седых лобковых волос, окружавших его старый морщинистый пенис.
— Черт возьми, Мэри, - пробормотал он.
— Я и не знал, что такая милая девушка, как ты, может вынести все это.
Я проигнорировала его комментарий и помогла ему забраться на кровать.
Он плюхнулся на матрас, пружины под его весом громко заскрипели. Я глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки, готовясь снять с него грязное нижнее белье.
Когда я потянулась к его поясу, мистер Джонс издал стон. Я проигнорировала его и спустила с него штаны. Последним человеком, о котором я думала, была женщина. Будучи убежденной католичкой, я никогда не видела пенис другого мужчины так близко. За исключением
Тренировка в бассейне.