сейчас это единственная причина. Кажется, в моем коде есть что-то, что заставляет меня любить видеть тебя постоянно скованной. Но я люблю тебя больше этого и был готов держать под контролем то, что мне нравится, пока ты у меня есть. Но ты явно не будешь любить меня так, как я, поэтому я просто буду сдерживать тебя, пока ты не научишься любить меня и быть скованной. Даже если ты притворишься, что тебе это не нравится.
— Что!! Ты с ума сошёл! Отпусти меня немедленно!
Ричард посмотрел на неё веселыми глазами.
— Ой, малышка закатила истерику! Никаких вау-вау! Я позабочусь о тебе!
И снова на глазах Шэрон вся сцена вокруг неё изменилась, и теперь она стояла в гигантской кроватке, её руки были свободны друг от друга, но теперь были зажаты в рукавицах, сжимающих их в кулаки. Она попыталась дотянуться до застежки, но даже не почувствовала её. Она также была без гаремной одежды и в подгузнике для взрослых! В ужасе она попыталась вылезти из кроватки, но она была для неё слишком высока. Затем, откуда ни возьмись, чудовищная женщина выросла над её загоном, мило улыбаясь ей. Опрокинула её на спину и застегнула застежки вокруг её тела, надежно привязав её к кроватке, прежде чем заглушить её крики соской, которую она закрепила ремнём через затылок. А затем она ушла, оставив Шэрон одну в своей кроватке, плачущую от отчаяния.
Остальная часть недели прошла по схожему сценарию: бедная женщина менялась от одной ситуации к другой, всегда связанная, никогда не свободная и ненавидящая каждую секунду этого.
Внезапно однажды она была скована в Мулен Руж, одета как французская танцовщица канкана и занята облизыванием красной пятки своего нынешнего мучителя, в то время как другая пятка удерживала её голову на месте, весь мир вокруг неё замерцал, а затем стал черный. Поняв, что она, наконец, полностью контролирует свои движения, Шэрон быстро потянулась к застежке своего шлема и открыла его, задыхаясь и плача от радости, что вернулась обратно в испытательную камеру лаборатории. Главный учёный уже был рядом с ней, помогая ей вылезти из костюма и задавая ей всевозможные вопросы. У Шэрон действительно не хватило духу ответить ни на один из них, и она просто дрожащим голосом попросилась домой. Озадаченный, шеф позволил ей, не настаивая на своём. Несколько часов спустя Шэрон вернулась в свою квартиру, упала в кровать и уснула в мгновение ока.
Учёный был чрезвычайно шокирован тем, насколько счастлива была Шэрон по поводу окончания тестирования. Итак, он пошел и посмотрел, что с ней случилось. Некоторые вещи его шокировали. Не принудительный бондаж, почти все версии ИИ пробовали его в тот или иной момент, а интенсивность бондажа. Обычно они подвергали своих тестеров огненной ночи принудительного бондажа, и всё. Но не целая неделя принудительного рабства и крайне односторонней страсти. Он понял, что эта версия ИИ действительно была помешана на бондаже, как и их собственный босс. Ещё одна вещь, которая его удивила, заключалась в том, что ИИ, по-видимому, развил такую форму любви к Шэрон, которой никогда раньше не испытывал ни в одном тесте. Наконец, со стороны Шэрон было ненормально знать, что такое симбиокостюмы. Ни в одном журнале о них не говорилось, и только единственный человек мог это знать, . .. Ему нужно было позвонить.
Баронесса была чрезвычайно довольна услышанным. ИИ, который развил любовь к кому-то, был колоссальным шагом в технологии ИИ. То, что он был в хорош любых формах бондажа, было сюрпризом, но не плохим. Примерно через минуту исследования стало очевидно, что женщина, проверявшая программу, была той
Разговор по асе