сбегал в туалет и сделав несколько движений по члену кончил в унитаз. Оргазм был очень сильным. Я даже присел в изнеможении на крышку унитаза, и, отдышавшись, вернулся в комнату. Мы поиграли ещё немного, когда я сказал ему что мне нужно снова переодеться, но он может остаться в комнате, если обещает не смотреть. Витя пообещал мне, не глядя мне в глаза. Я ещё раз предупредил его, что очень надеюсь на его честность, ведь я буду стоять спиной к нему и не буду знать смотрит ли он на меня. При этом я достал из ящика новые трусы и держал их в руке. Витя ещё раз пообещал мне не смотреть, а сам уселся поудобнее на полу, лицом ко мне, притворяясь, что рассматривает что-то на комоде. Я "успокоился" и, повернувшись к нему спиной, медленно снял шорты, потом трусы. Долго возился с новыми трусами, расправляя их. Даже один раз уронил их на пол, чтобы, нагнувшись, поднять их и, в то же время, дать Вите возможность хорошенько рассмотреть мою беззащитную попку. В комнате стояла пронзительная тишина. Я слышал своё сердцебиение. Мой член опять торчал колом, но Вите не было его видно. Я повернулся боком, чтобы дать ему возможность рассмотреть мой раскрасневшийся и набухший пенис. В то же время, я получил возможность понаблюдать за ним боковым зрением. Витя, раскрыв рот от удивления, рассматривал мой член. Я очень боялся, что кто-нибудь из родителей зайдёт в комнату. Повернувшись спиной и повозившись ещё немного, я оделся и повернулся к нему. Витя быстро отвернулся, уставившись на комод. - Ты честно не смотрел?- Честное-пречестное слово! Не знаю, что меня возбуждало больше. Сам факт того, что меня рассматривают, или то, что Витя бессовестно врёт. В любом случае, я получил колоссальное удовольствие от этого. Мне нравилось, что Витя, несмотря на то, что он младше меня, как бы получает контроль надо мной. Сходив в туалет, я кончил снова. Мои яйца распухли и ныли, я ужасно устал от этих потрясений. К счастью, Витя скоро ушёл. Но события того дня ещё долго всплывали в моей памяти, заставляя мой член набухать и доставляя мне минуты удовольствий. После этого случая, Витя с мамой ещё несколько раз заходили к нам в гости. Я попробовал повторить свой опыт, но это уже не доставляло мне того удовольствия. Во-первых, Витя уже знал о моих "отклонениях" и не особо хотел принимать в них участие. Во-вторых, мне не нравилось то, что я показываю себя мальчикам. Я был уже достаточно половозрелым, чтобы относить себя к гетеросексуалам. Мне хотелось повторить мой опыт раздевания в присутствии девочек, и мне это удалось, но чуть позже.
Случай на набережной