из нас была корзина с одеждой для стирки, и я открыл шкаф Арлин и включил свет.
В этот момент моё сердце бешено колотилось, и я молился, желая не найти то, что искал. К сожалению, примерно на полпути ко дну корзины я вытащил пару чёрных трусиков, в промежности которых подсыхала мужская сперма. Моё сердце сжалось, а колени подогнулись так, что мне пришлось прислониться к стене, чтобы не рухнуть.
Я стоял там, глядя на доказательства, казалось, полчаса, но, скорее всего, это заняло всего пять минут. Я положил трусики обратно и вернулся в постель, не зная, как я справлюсь с этим. Почувствовав моё движение, Арлин, хотя и продолжала спать, привычно прижалась к моему плечу, положив руку мне на грудь. Я не убрал её, но и не сделал ответного движения. Я просто лежал, и в моей голове проносились образы её предательства.
У меня был выбор, и я должен был сделать его в ближайшее время. Я мог предъявить ей неопровержимые доказательства измены и просто подать на развод. Или мог бы потребовать признания и посадить её на короткий поводок, если бы она проявила искреннюю скорбь и сожаление. По тому, как она рыдала в подушку, я был почти уверен, что она уже сожалеет о своем проступке. Конфликт с неверной женой и, как следствие, нарушение моего психологического равновесия поставило бы под угрозу план мести, который начал формироваться в моём мозгу.
***
На следующее утро она была на кухне и не услышала меня, когда я появился на пороге. Арлин стояла перед столешницей, опершись на неё руками и опустив голову, которой просто покачивала взад и вперёд, как бы отрицая. Когда мальчики пришли завтракать, она была особенно ласкова с ними, крепко обнимала каждого из них и целовала в макушки. Мне удалось оставаться как можно более беспечным, избегая при этом каких-либо интимных контактов с ней. Учитывая наши предыдущие «обидчивые» отношения, я думаю, что она начала испытывать некоторую паранойю по поводу того, подозреваю ли я что-нибудь из-за её поведения прошлой ночью.
Уходя на работу без поцелуя и просто сказав «до свидания» я увидел в её глазах, что она начинает разбираться со своими собственными демонами, и, как бы садистски это ни звучало, я получил большое удовлетворение от этого.
У меня были свои демоны, с которыми нужно было иметь дело, и одним из них был Ник «Ёбарь» Веллатон.
***
В течение следующих нескольких дней Арлин была очень любящей по отношению ко мне, но я оставался несколько отстранённым, находя причины, чтобы не заниматься с ней любовью, когда мы ложились спать на ночь.
С каждым днем моя жена становилась всё более нервной и суетливой. Я понимал, что только оттягиваю неизбежное и что конфронтация неизбежна.
На четвёртый вечер, после того как мальчики разошлись по своим комнатам, а Арлин убирала кухонный стол, я подошёл к ней сзади и положил руку ей на плечо. Она буквально выпрыгнула из кожи, вскрикнула и уронила стакан, который держала в руках, в раковину, где он тут же разбился.
Обернувшись и положив руку на грудь, она воскликнула:
— Боже мой, Майк, ты напугал меня до смерти!
Она начала было собирать кусочки стекла, но я твёрдо сказал:
— Оставь это. Пойдём со мной, мне нужно кое-что с тобой обсудить.
Выражение её лица можно было описать только как чистую панику, но она послушно последовала за мной в гостиную. Я сел в кресле, а она осторожно присела на край дивана напротив меня.
Это должен был быть самый трудный разговор, который у меня когда-либо был в жизни. Я ничего не репетировал и сразу перешел к делу:
Исповедь, чтобы познакомиться