волнение росло, когда они наблюдали, как мой сын лижет мою задницу.
Они бросали деньги на сцену, их похоть поднимала их на новые высоты. Я чувствовала тепло языка моего сына, когда он скользил по моей коже, от этого ощущения у меня по спине бежала дрожь. Я знала, что мне нужно перейти на новый уровень.
«А теперь, лижи мою киску», — приказала я, и мой голос звенел в воздухе. Мой сын на мгновение заколебался, но быстро повиновался, высунув язык, чтобы попробовать мою влажность. Я чувствовала, как внутри меня нарастает удовольствие, ощущение его языка сводило меня с ума. Я откинулась назад, схватившись руками за край сцены, и застонала от удовольствия. Толпа аплодировала, их волнение росло, когда они наблюдали, как мой сын доставляет мне удовольствие.
Когда я достигла моего кульминационного момента, я могла видеть женщину в первом ряду. Она была молода, красива и дико возбуждена. Она бросила на сцену пачку денег, ее глаза встретились с моими. «Нассы ему в рот», — скомандовала она, ее голос был полон желания.
Я на мгновение заколебалась, не зная, стоит ли мне подчиниться. Но я знала, что должна дать зрителям то, что они хотят. Я шагнула вперед, расположившись над открытым ртом сына. Я чувствовала тепло его дыхания, предвкушение того, что должно было произойти. Когда я отпустила руку, из моей киски хлынула струя горячей жидкости, заполнив рот моего сына и растекшись по его губам.
Он посмотрел на меня, его глаза расширились от шока и удивления. Толпа аплодировала, их волнение достигло новых высот, когда они смотрели, как мой сын глотает мою мочу. Они бросили на сцену еще больше денег, их страсть привела их к новым высотам. Я чувствовала силу, текущую по моим венам, осознание того, что я завоевала эту аудиторию и заставила ее хотеть большего.
Я знала, что победила своих конкуренток и что нет никого, кто мог бы сравниться со мной по мастерству и решимости. Когда музыка стихла и свет потускнел, я стояла там, купаясь в лучах своего триумфа. Мой сын стоял рядом со мной, опустив глаза и дрожа от усталости.
«Ты хорошо справился, мальчик», — прошептала я, мой голос был едва слышен из-за аплодисментов толпы. «Ты заставил меня гордиться тобой».
Последнее искушение