Тётя Галя ушла около одиннадцати. Мама мыла посуду.
— Чего это тётя Галя зачастила? - спросил я.
— А ты не знаешь? У неё новости - она ко мне.
— Это понятно. Срочные новости?
— Да, разные, интересные.
— У неё только такие.
Мама засмеялась:
— Сотрудников вспоминали, с работы. Рассказала, что да как у людей.
— И как у людей?
— Живут. Хорошо живут. Можно только порадоваться.
— А ты как живешь?
— Живу и радуюсь, - грустно улыбнулась мама.
— Что-то грустная улыбка.
— Да нет! Тебе показалось. Как там Лёшка?
— Всё хорошо! Довольный ходит.
— Понятно. Девочка у него есть?
— Есть одна. Говорит Олей зовут.
— А что за девочка?
— Не видел, не знаю. Может потом познакомит.
— Ага, познакомит, - загадочно протянула мама. - Но довольный?
— Как кот!
— А у тебя с Лерой как? Вроде давно не виделись.
— Сейчас учёбы много. У неё свои дела.
— Как же ты без неё?
— Тяжело, но стараюсь справляться. Ты же как-то справляешься?
— А что делать? Вариантов нет других.
— Да ладно, такую красавицу с руками должны оторвать, - я подошёл к маме и поставил чашку из-под чая в мойку.
— Ага, смотри, уже отрывают. Беги, спасай, а то разорвут.
— Я бы оторвал себе, - улыбнулся я маме и погладил её по спине.
— Сильно оно тебе надо?
— Такая красотка! Оторвал бы и не отдавал никому. Даже на Лерку забил бы.
— Юморист.
— Я серьёзно! Сейчас схвачу и не отдам никому, - я обнял маму сзади, прижался к ней, положил руки на живот.
— Дурачок! - засмеялась мама. Я поцеловал женщину в шею. - Ох, и доиграешься ты у меня сейчас!
— Урвал себе и никому не отдам! - я прижался к маме ещё сильнее и скрестил руки под её грудью. - Это они у тебя какого размера? - спросил я маму, поддавливая руками на грудь снизу.
— Седьмой.
— Ого! Такое точно не отдам. Кому скажи: "Седьмой отдал!" - не поймут. А это какой размер? - я положил руки на бёдра маме, провёл ладонями по круглой заднице.
— А это размер - оверсайз, - смеялась мама.
— Слушай, хватит тереть эту кружку. Повернусь, хочу тебя поцеловать.
Мама моментально, как по команде, повернулась ко мне. Женщина, на пол головы ниже меня, смотрела мне в глаза. Я наклонил голову и поцеловал её. Мама открыла рот и подставила мне свои губы и язык.
Я бесконечно долго целовал маму и мял её грудь, бёдра, прижимал к себе. Член уже был твёрдым и выпирал вперёд из шорт. Мама гладила меня по лицу, по голове, тяжело дышала.
— Что это такое? Как же..., - что-то хотела сказать мама, - неужели...
Но я не дал ей договорить и уложил спиной на стол.
— Давай ты помолчишь, - уверенно сказал я.
— Ты со всеми девочками так? - спросила мама.
— Со всеми.
Мама лежала на столе, расставив в стороны ноги. Я быстро задрал подол домашнего сарафана и стянул с женщины чёрные трусы, быстро нырнул в промежность и прошёлся языком по волосатым половым губам. Мама простонала.
Между ног пахло возбуждённой женщиной. Не оттягивая момент, ощутив, что мама уже мокрая, я быстро стянул с себя шорты и вставил во влагалище свой твёрдый член. Мама застонала, глаза её закатились, а руки начали гладить себя по груди.
Я стянул верхнюю часть сарафана - в огромных чашках бюстгальтера, в такт моим толчкам, шевелилась огромная грудь, которую я теперь мог спокойно мять.
— Хочешь посмотреть? - спросила мама и завела руки за спину, чтобы расстегнуть лифчик.
— Конечно, давай, - не переставал двигаться я и вгонять в
Поездка, изменившая жизнь