К сожалению, когда вошел на кухню, я был не совсем готов. На маме был тонкий халат, который я никогда раньше не видел. Он был бледно-розовым, и я мог видеть темные очертания ее сосков прямо сквозь него. Он был завязан на талии поясом, но, когда она повернулась ко мне лицом, нижняя часть его разошлась, открывая ее гладкую киску. Она явно заметила мой пристальный взгляд, но ничего не сказала.
Следующие двадцать минут, пока мы готовили ужин, я старалась не смотреть на нее. Мой отец вернулся домой и направился прямо в ванную, чтобы принять душ. Вернувшись, он ничего не сказал, но поднял брови, увидев, во что одета мама.
После ужина мы с сестрами быстро разобрались с посудой. И снова присоединились к родителям на часок, чтобы посмотреть телевизор. Первые полчаса Хоуп занимала мои колени, а когда встала, чтобы сходить в туалет, Колин заняла ее место. Обе были в шортах, и ни одна из них не двигался так часто, как раньше. Но в то же время я не мог не задаться вопросом, был ли я единственным, кто мог видеть обнаженную киску мамы, когда она трижды двигалась в любовном кресле рядом с моим отцом.
В конце концов, я больше не смог этого выносить, извинился и вернулся на чердак. Я стряхнул паутину со своей старой кроватки и разобрал ее, чтобы снести вниз. Папа увидел, что я иду с ней, и встал, чтобы помочь. Когда мы добрались до гаража и включили свет, папа протяжно свистнул.
— Ух ты, Дэниел, - сказал он, - ты сегодня очень много сделал!
— Так и есть, - ответил я.
Он последовал за мной на чердак, и почти пустое пространство произвело на него еще большее впечатление. За час мы полностью вынесли последний мусор оттуда. Мама, Колин и Хоуп присоединились к нам, когда мы начали разбирали коробки в гараже. Было уже поздно, когда мы закончили, но работа была сделана. Осталось только заменить изоляцию.
После этого всем нужно было принять душ, и я так устал, что лег в постель и заснул, не посмотрев ни одной видеозаписи, которые планировал посмотреть.
На следующее утро будильник разбудил меня слишком рано. Я уже встал и был в ванной, чистил зубы и собирался в школу, когда до меня дошло, что сегодня суббота. Я почувствовал себя полным идиотом, ведь мог бы и поспать. Я мог бы остаться в своей комнате и смотреть свои драгоценные домашние фильмы. Вместо этого я встал рано, и теперь мой отец знал, что я проснулся.
Папа всегда рано вставал по субботам. Именно в это время он и брал на себя все домашние хлопоты, чтобы остаток уик-энда наслаждаться футболом и пивом. Я ничуть не удивился, когда он просунул голову в ванную и ухмыльнулся мне.
— Рад видеть, что ты встал! Готов пойти со мной за новой изоляцией?
Глава 3.
— Конечно, но можно мне сначала взять хлопьев?, - ответил я.
— Звучит неплохо, - сказал он.
Мы проглотили по миске хлопьев, а затем направились к пикапу моего отца. Хорошо, что я был рядом, чтобы помочь; эта изоляция была громоздкой. Хорошо еще, что мы начали пораньше. Температура на чердаке была комфортной, когда мы поднялись туда и начали снимать старую изоляцию.
Мне удалось уговорить отца позволить мне снимать изоляцию. Он выносил ее наружу и складывал рядом с пикапом. Новая изоляция была в длинных рулонах. Мы подняли ее по лестнице, потом я раскатывал ее, а папа обрезал концы до нужной длины. Он не видел камер, а новая изоляция была установлена еще до того, как мама
Серенада четырех кавалеров