свою длину из нее и склонилась над раковиной в ванной передо мной. Я не мог решить, куда смотреть, поэтому мои глаза блуждали повсюду. Ее бледно-розовый сфинктер выглядел невероятно сексуально, поглощая мой член. Он был обрамлен идеальными изгибами ее полных ягодиц. Ее великолепное лицо в зеркале исказилось от похоти. Ее соски затвердели как камни, и подпрыгивали при каждом толчке.
Но я почувствовал себя глупо, когда увидел в зеркале свое собственное искаженное лицо. Я закрыл свой широко открытый рот и наклонился вперед, чтобы поцеловать открытую, сексуальную шею Колин.
— О!, – вскрикнула она, сделав изысканное лицо, в то время как кончила с моим членом, погруженным в ее задницу.
Я почувствовал себя немного виноватым, когда мы прошли в ее спальню. В конце концов, это была кровать, которую она делила со своим женихом. Уверен, Дейв счел бы это оскорбительным; я бы точно оскорбился. Она оборвала меня, когда я попытался что-то сказать, и оседлала меня приняв своим невероятным, сексуальным задом. Колин сидела спиной ко мне, предоставляя мне беспрепятственный обзор, в то время как ее тугая мускулистая попка поднималась и опускалась на ствол моего толстого члена. Я не смог сдержаться и застонал, когда мой член прорвался внутрь нее. Она тоже вскрикнула и упала мне на грудь.
Уже стемнело, когда мы наконец добрались до дома с коробками вещей из квартиры Колин. Папа помог мне отнести эти коробки на чердак, и я был удивлен, увидев, что он положил несколько полноразмерных листов фанеры поверх изоляции, которую мы установили еще весной. В одной четверти чердака теперь был деревянный пол, и мы добавили коробки Колин к дюжине или около того коробок, которые уже были там.
Я не мог удержаться от воспоминаний, пока мы были там. Вот тут-то все и началось. Мне оставалось только гадать, насколько иначе сложилась бы моя жизнь, если бы не тот проект в мае и камеры, спрятанные сейчас под розовым одеялом изоляции. Отец хлопнул меня по плечу и сказал, усмехнувшись.
— Восхищаешься своей работой, сынок?
Я посмотрел на него, но он восхищался аккуратными рядами изоляции.
Через два дня папа повел сестер за покупками. Это был предлог, который родители придумали, чтобы я провел день наедине с моей похотливой мамой. Но, прежде чем она успела закончить смазывать свою задницу, мы услышали, как перед домом остановилась машина Бриттани.
— Черт возьми!, - сердито выругалась моя мать.
Я быстро подумал и натянул спортивные штаны и футболку, поспешил через кухню, схватил фартук и, завязав его вокруг себя, направился к входной двери и открыл ее прежде, чем Бриттани успела постучать. В конце концов, я не мог попросить ее уйти, так как хочу трахнуть свою похотливую маму. Должно же быть какое-то прикрытие.
— Эй! – сказал я.
— Не ожидал увидеть тебя сегодня.
— У меня есть время съездить к Филлипсам.
Я напустил на себя свой лучший вид "болезненного раздражения".
— О, черт. Я обещал маме, что помогу ей со стряпней сегодня.
Это не было полной ложью; моя тетя Кэти должна была навестить нас перед Новым годом со своими детьми. Мама хотела сделать большую часть приготовлений заранее, чтобы мы могли проводить больше времени с родственниками, пока они здесь.
Бриттани обняла и страстно поцеловала меня. Повернула голову и горячо зашептала мне на ухо:
— Я очень сильно хочу, чтобы ты снова трахнул меня в задницу.
Мой член заметно дернулся в спортивных штанах, и я громко застонал.
— Думаю, придется подождать до завтра, - вздохнула Бриттани. Я снова поцеловал ее и смотрел, как ее упругая, сексуальная попка покачивается, уходя от меня.
Злость