успокоить её, иначе уснуть у меня не получится. Сколько раз уже такое было...
— Лу, успокойся, прошу тебя! Не надо так. Не накручивай себя этими мыслями.
Она склоняет голову мне на грудь и продолжает рыдать. Я терпеливо жду, когда пройдёт кризис и ласково глажу подругу по волосам.
— Когда он привёз меня в Москву, всё было замечательно... - бормочет жалобно Луиза, глотая слёзы. - Мы были счастливы и беззаботны... Это была сказка, а не жизнь, и я наслаждалась этим. У нас было всё хорошо. Мы вместе работали в театре, ездили выступать... Ходили в музеи и на выставки. Всегда вместе. Всё было прекрасно. Но потом...
— Не надо, не рассказывай. Не трави себя этим.
Её история очень схожа с моей собственной, как это не странно. Не подозревая об этом, Луиза провела ясную параллель между нами, что не добавляет мне радости.
Она замолкает и медленно отстраняется. Я вижу как меняется выражение её лица и это хороший знак. Лу вытирает глаза и тяжело вздыхает, глядя в сторону.
— Ладно, извини. Что-то я совсем расклеилась.
— Ничего страшного. Ложись и отдыхай. Я тоже пойду.
— Иди. Прости меня, если напугала.
— Всё хорошо. Спокойной ночи!
Вернувшись к себе, я забираюсь в постель и пытаюсь заснуть, но всё бесполезно - нервы взвинчены так, что про сон можно забыть. Боль в заднем проходе слегка утихла, и я стараюсь не обращать на неё внимание. Мне хочется просто отключиться, но даже этого я лишена. Уснуть уже не получится.
Поднявшись с кровати, я подхожу к окну и раздвигаю плотные шторы. Мне хочется открыть раму и подышать свежим воздухом, но я опасаюсь разбудить Луизу. Эта стерва всегда спит очень чутко, моментально реагируя на малейший звук. Меня это неимоверно бесит.
Под окном по прежнему горят фонари, заливая своим желтым светом широкий тротуар. Я снова вспоминаю своих страстных кавалером и мне становится грустно. Интересно, почему они не дождались меня и ушли? Не поверили моим обещаниям спуститься к ним? Этого я уже никогда не узнаю.
Неподалеку остановилась машина. Я бездумно уставилась на неё, равнодушно рассматривая темные стекла автомобиля. Спустя несколько минут передняя пассажирская дверь распахнулась и на тротуар вышла молодая брюнетка в легкой летней рубашке и короткой джинсовой юбке. На ногах у неё были белые туфли-лодочки, подчеркивающие стройность красивых ног. Махнув водителю рукой, девушка весело рассмеялась, поправила задравшуюся юбку и зашагала по тротуару, беззаботно глядя по сторонам. Судя по всему, безлюдная улица и позднее время её совершенно не напрягали.
Взревев мотором, машина умчалась по улице.
Юная красавица возвращалась с вечерней прогулки домой. Интересно, чем она занималась со своим кавалером в машине? Вела ли она себя бесстыдно с ним? Позволяла ли вольности или была строга и неприступна? Делала нежный минет или говорила о поэзии? Этого я тоже никогда не узнаю.
Провожая взглядом её стройную фигуру, я снова почувствовала приступ невыносимой тёмной тоски и тяжело вздохнула. На глазах у меня снова выступили слезы, расклеивая моё ничтожное самообладание. Как не крути, а то время, когда я была такой же смелой и беззаботной, осталось в прошлом. Всё теперь в прошлом. Хотя начиналось очень даже неплохо. Позитивно, бесшабашно и рискованно, зато весело. Я была уверена в своих силах и смотрела в будущее свысока. Была наглая и дерзкая. Неужели я тогда не понимала, что...
Когда Павел предложил мне поехать в Москву и попытать там счастья, я долго не раздумывала. Я сама хотела этого, дико завидуя нашей Марине, сумевшей охомутать удачливого москвича Славу. Мне хотелось такой-же молниеносной удачи в жизни, таких же успехов. В нашем тихом и далеком
Рабыня ХХI века.