ещё. Хоть бабушкиных красот налицезреешься, - бабушка посмотрела на низ моего живота, где торчал возбуждённый член. Руки мои висели по швам. - Понравилась бабушка!
— Ладно, я пойду, - сказал я начал заходить в воду.
— Давай, давай, иди, я сейчас тоже, за тобой.
Мы плавали и обыденно разговаривали с бабушкой об отвлечённых вещах, о природе, о домашнем хозяйстве местных жителей, об охоте и рыбалке в Зеленухе. После мы вышли на мель и наслаждались холодными потоками воды, утекающими к горизонту.
— Хорошо, - сказал я, вытирая лицо мокрыми ладонями.
— Не замёрз? - бабушка погладила меня по спине.
— Нет, нормально. А ты не замёрзла? - посмотрел я на сжавшиеся соски бабушки, окружённые коричневыми ореолами.
— Ты что? Я же регулярно купаюсь. Я привычная - закалённая. Главное, чтобы ты не перемёрз.
— Я порядке.
— Смотри мне. Ты мне здоровый нужен. А что я тебя, лечит буду? Хотя, я знаю способы быстро человека на ноги поднять. Так что... Смотри уже, - бабушка улыбнулась, - а то в подбородок мне сверлишь, а сам на сиси да позыркиваешь. Не бойся, смотри. Бабушка ведь не старая? Ещё есть на что посмотреть.
— Ба, ты что! - смело опустил глаза я на грудь женщины. - Какая же ты старая?
— Вот и я о том же. Потрогать можешь, если хочешь. Маленьким-то был, я тебя к груди вместо соски прикладывала. Оно же родное всё. Не полиэтилен какой. Не резина.
— Я вижу, что всё своё. Тут всё идеально, - развёл я в руки в стороны, будто пытался схватить грудь бабушки с разных сторон, но постеснялся прикасаться.
— Ладно, не хочешь, как хочешь. Уговаривать не стану. Захочешь - в любой момент подошёл и бабушку потрогал. Уяснил?
— Уяснил, - кивнул я и тут же пожалел, что не взялся ладонями за эти шикарные груди. Бабушка вышла на берег и оставила ногу в сторону, поставила ладони на талию.
— Выходи, грейся, домой будем идти. Время вечернее. Пора уже.
Наша одежда впитала капельки невысохшей воды на коже, и мы отправились всё той же тропинкой к дому бабушки.
Дядя Вася будто и не уходил никуда - всё так же стоял и курил свою папиросу.
— Набарахтались, любовнички? - спросил бородач.
— Ох, Васька! - улыбнулась бабушка. - Внук такой попался, что бабушки засмущался. Какие там любовнички?
— Я не засмущался, просто...
— Да в первый раз он, вот и оторопел, Елизавета! Ты шибко парня не жури.
— Пошли, любовничек! Будем чай пить, - сказала бабушка и вошла в дом.
— На, - дядя Вася протянул три папиросы, - покуришь потом. Бабушка мировая у тебя, - мужчина поднял палец вверх, - ты уж её порадуй. Не стесняйся. Родычи, как никак. Оно ж всё равно ближе, чем кто-либо.
Вася отлип от забора и бодро направился в сторону большого дома с зелёным забором.
— Справился? - бабушка прошла мимо меня без одежды в соседнюю комнату. У меня снова встал.
— Ага! Дядя Вася пошёл кино смотреть.
— Он это любит. Он раньше в доме культуры кино крутил, в городе, так что любовь к кино у него осталась, - рассказывала бабушка немного повысив голос, чтобы расслышал всё, что она сказала.
Я обходил гостиную, рассматривая фотографии в серванте и на стене. На них бабушка ничуть не изменилась, хотя фотографии были уже далеко не новыми, и им было несколько лет. "Может даже помолодела", - подумал я.
— Садись за стол, - сказала бабушка, войдя в комнату в синих коротких свободных
я нимфоманка!