ударам кожаным ремнём по голым ягодицам. Во время наказания ноги должен быть разведены”. Дженн покорно раскинула носки на оба края двуспальной кровати. Тогда я просунул 2 пальца в её промежность. Блин, её это реально заводит. Ну раз так, то пора свершить экзекуцию. Я взял второй кожаный ремень, сложил его вдвое и нанёс первый удар по правой ягодице. Дженн издала глухой звук в кляп. Затем я ударил по левой ягодицы и Дженн снова глухо застонала в кляп. В общем я нанёс по пять ударов по каждой ягодице и затем снова запустил руку в её промежность. Блин, уже наволочка подушки, на которой она лежит, промокла. Да и меня это завело, хотя я не могу сказать, что когда-нибудь отличался садистскими наклонностями и хотел кого-то пороть по голой заднице. Ладно, надо удовлетворить желания Дженн. Я взгромоздился над ней и направил свой возбуждённый член в её пещерку. Дженн снова застонала и поддалась попой мне навстречу, как только член оказался внутри. В общем, я почти не двигался, всё делала она, сопровождая это сладостными стонами. Это продолжалось где-то минут 15, как вдруг Дженн максимально насадилась на мой член, и я почувствовал сокращение её матки. В этот момент я излился в неё. Сразу после оргазма я стащил с её головы наволочку, вытащил трусики из её рта и спросил:
—Ну что, дорогая Дженн, твоя душенька довольна?
—Да, Майкл, спасибо, это было супервеликолепно, — ответила Дженн, хоть на глазах у неё и были слёзы, а как только я освободил её запястья, она крепко обняла меня и расцеловала. После чего взяла свои трусики и встала с кровати.
—Дженн, ты куда? — спросил я.
—Трусики постирать. Заодно и твои возьму, — ответила она и подобрала с пола мои трусы и майку, а также свой лифчик и носки отправилась вниз по лестнице. А я тем временем поместил подушку обратно в наволочку и положил на ту сторону кровати, которую я решил отвести Дженн. А ту, которая лежала под животом Дженн, решил взять себе. Так и как минимум верхнюю часть пижамы стоит одеть, а вот нижнюю, наверное, не буду. Сделав так, я расположился на подушке под одеялом и принялся писать дневник за сегодняшний день, посматривая, что Дженн там внизу делает. Она же, расположившись спиной ко мне стирала бельё в тазу. Не знаю, то ли дело в довольно эротической картине, которая мне открывалась, то ли в запахе её выделений, то ли воспоминание эротических сцен, которые я переносил в свой дневник, но я снова возбудился. А когда Дженн задрала подол и стала подмываться, и я увидел оставленные ремнём следы на её ягодицах... Блин, ей же реально должно быть больно, но по её виду не скажешь. Закончив с этим, Дженн собрала бельё, поднялась на второй ярус и развесив бельё на перилах нырнула ко мне под одеяло.
—Майкл, ещё раз спасибо. Это было чудесно, — сказала она и снова обняла меня, и поцеловала. — А твоя речь перед экзекуцией... Я реально не думала, что меня это так заведёт.
—Дженн, для меня счастье видеть тебя такой и если тебя для этого нужно пороть, то я готов это делать. Но только с теми условиями, что я описал ранее. Кстати, как там твоя попа? Не болит? — спросил я.
—Пустяки, до свадьбы заживёт, — ответила Дженн.
—По-моему, приватная свадьба у нас уже была позавчера на день св. Николая, миссис Дженнифер Хейл Стар! — заметил я.
—Значит до годовщины свадьбы, — сказала Дженн.
—Ладно, Дженн, только я хочу тебя попросить ещё об одной
Жизнь секретутки 3