Откинув голову назад, с закрытыми глазами, Джимми сосал и ласкал ее груди. Потом я заметил, что Линн ласкает внушительную эрекцию, а Джимми работает одним или двумя пальцами внутри Линн. Бет взяла меня за руку. Нежно, и бесшумно она повела меня наверх, чтобы принять душ.
Когда мы попали под теплые брызги, Бет скользнула в мои объятия, чтобы подарить мне долгий, нежный поцелуй. - Блядь, ты был животным. Сегодня вечером нам придется обсудить, откуда ЭТО взялось. - Ухмыляющаяся Бет дала мне хороший урок французского, прежде чем ополоснуться.
Я почувствовал себя лучше, но мое вялое мышление напомнило мне попытку бежать по пояс в воде. Теплые руки вывели меня из кабинки, затем вытерли насухо. Бет, говоря: - Я не хочу ничего пропустить, - повела меня вниз. Мы вошли на кухню как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джимми выносит Линн через другую дверь в гостиную.
Добравшись до большого дивана, Джимми уложил Линн. Он постоял над ней мгновение, возможно, просто наслаждаясь тем, что увидел. Линн открыла глаза, улыбнулась в его сторону, а затем раздвинула колени, демонстрируя универсальный знак приветствия. Забравшись между ее ног, Джимми провел головкой по ее скользкой щели. Он погружался в нее, как перо в чернильницу, а затем проводил кончиком с покрытием по щели Линн. Вскоре все в комнате были готовы к тому, что Джимми войдет в Линн. Раздалось четыре вздоха, когда его пенис впервые исчез между широко раскрытыми вагинальными губами Линн.
Джимми заиграл ленивый ритм. Бет прошептала: - Давай устраивайся поудобнее, жеребец. Я думаю, это шоу может продлиться какое-то время.
Я все еще чувствовал себя больше кроманьонцем Монго, чем самим собой. Естественно, я был немного отвлечен сценой на диване. Мои мысли вернулись к середине прошлой ночи. Это так мы с ней выглядели, когда занимались любовью? На лице Линн застыло сонное, довольное выражение, которое я нахожу опьяняющим. Я был слишком измотан сексом с Бет, чтобы испытывать ревность. Тем не менее, часть меня жалела, что я не занимаюсь любовью с этим великолепным созданием.
Бет подвела меня к маленькому диванчику, который вместе с диваном образовывал букву "L". После пары попыток мы оказались на заднем сиденье, лежа так, чтобы нам обоим был виден диван во всю длину. Склонившись над Бет, я в основном ласкал ее соски, но мог спуститься и поласкать ее киску. Мы были слегка скрючены. Бет перекинула мой член через свое бедро. Она могла играть с моим членом и тереть себя, как ей заблагорассудится. Нам обоим был хорошо виден блестящий, влажный пенис Джимми, когда он входил и выходил из Линн.
Вскоре Линн встречалась с Джимми на полпути при каждом ударе. Ее бедра, поднимаясь, образовывали небрежный овал. Когда пах соприкоснулся с пахом, меня поразило, как ее киска, казалось, целовала основание члена Джимми.
Бет сжала меня так, что над ее кулаком виднелся только мой набалдашник. Мы слегка подвинулись, чтобы она могла потереться мной о свою киску. Когда ее упругая попка прижималась к моей области таза, плюс наблюдение за двумя людьми, которых я знал целую вечность, занимающимися сексом, привело к тому, что мой пенис раздулся до полу-возбужденного размера, давая Бет повод для игр.
Следуя ритму, наблюдаемому перед ней, моя головка, все еще находящаяся над ее кулаком, входила и выходила из ее влажного отверстия. Судя по тому, как легко я входил в Бет и выходил из нее, я понял, что у одного из нас или у обоих сочилась смазка.
Я смог переместить свою руку на клитор Бет, не мешая ей ласкать меня. Она вставила мою головку в свое влагалище,
Милая девочка и негры