Я провел много часов, размышляя над ситуацией. Лоретта так и не извинилась передо мной. Она так и не попросила у меня прощения. Она никогда не объясняла мне, почему у нее был роман. Она никогда не предлагала никаких способов, как мы могли бы решить или исправить то, что пошло не так. Она никогда не признавалась, что что-то пошло не так. Это было так, как будто я не имел никакого значения. Это заставляло меня чувствовать себя маленьким и неважным. Тот факт, что она никак не отреагировала на мои чувства по поводу сложившейся ситуации, показал мне, что, по ее мнению, я был недостоин ее времени или внимания. Я чувствовал себя жуком на ее ветровом стекле или кусочком собачьего дерьма на подошве ее ботинка. Как только проблема со мной была бы решена, ей больше никогда не пришлось бы беспокоиться об этом. Я мог часами размышлять о подобных вещах. Я обнаружил, что во мне нарастает внутренняя ярость.
Том Бостик прошел курс реабилитации и жил в недорогой квартире недалеко от своей работы. Луи сказал мне, что он прихрамывал и, похоже, у него был тик правого глаза. Мне было немного жаль этого парня, пока Моника не сообщила мне тревожные новости.
Лоретта принимала душ, когда Монике понадобился Мидол. Она рылась в сумочке своей матери и обнаружила спрятанный на дне сотовый телефон с предоплатой. В телефоне был запрограммирован только один номер. Моника записала номер этого телефона и тот, что был в справочнике. Это была тревожная новость. Конечно, учитывая, как развивались события, я не собирался возвращаться к Лоретте ни при каких обстоятельствах. Однако мысль о том, что она все еще может поддерживать контакт с Бостиком, приводила меня в бешенство.
Две недели спустя было объявлено, что 127 из нас будут освобождены досрочно. Мое имя было в списке. Пока я сидел в тюрьме, у меня не было проблем, а когда я вышел, меня ждала работа, и я был преступником в первый раз. Насколько удачливым может быть человек?
Луи и Моника приехали, чтобы забрать меня. Я решил пожить некоторое время в родительском доме, пока Лоретта не привыкнет к моему присутствию. Это была излишняя предосторожность. Лоретта пропала. Впервые за год она вышла из дома. Она никому ничего не сказала и не оставила записки. Быстрая проверка показала, что она забрала большую часть своей одежды и несколько чемоданов. Я избегал повторной встречи с женой по поводу ее измены, или, лучше сказать, она избегала меня. Я с нетерпением ждал, как она все объяснит. Конечно, если бы она по-прежнему отказывалась разговаривать после того, как я вернулся домой, я бы все равно ничего не узнал.
Я также узнал, что Том Бостик на той неделе уволился с работы. Интересно.
Вместо того чтобы остаться с родителями, я вернулся в дом к Монике. Казалось, она обрадовалась, что я дома, тем более что у нее теперь был постоянный парень. Конечно, это также означало, что я проводил ночи дома один. Я никогда не думал, что буду скучать по своим сокамерникам. Любое общение было лучше, чем никакого.
Через неделю я вернулся на работу. Казалось, что я никуда и не уходил. Я чувствовал себя обязанным дяде Сэлу и его семье работать сверхурочно. Никто не отказывал мне в такой возможности. Так или иначе, за последний год я, казалось, потерял вкус к пиву. Я знаю, это звучит странно, но это просто не утоляло мою жажду так, как раньше. Я никогда не увлекался крепкими напитками, поэтому стал пить много колы и чая со льдом. Я немного
Катькин бенефис