закончила. Смена бытовых условий перед выпускными экзаменами – это катастрофа для темпов будущей профессиональной карьеры.
— Разумеется. Об этом тоже не может быть и речи.
— Значит, они оба должны оставаться в семье, чтобы мы как родители не потеряли над ними контроля.
— Тут с тобой не поспоришь. Признаю это. Очень бы хотелось, но точно не поспоришь.
— Нам с тобой нужно выработать такое наше решение, с которым бы они оба согласились не из-под палки и не под угрозами. Третированием за совершенное ими и жестким принуждением их к исправлению делу не поможешь. Нужно искать максимально уважительный к ним выход без унижения их человеческого достоинства. Породив ответную злобу и потеряв их уважение, мы потеряем всё. Это одна из нежелательных крайностей. Есть и другая крайность – просто закрыть наши родительские глаза на проблему из либеральных соображений. Мол, наше дело теперь сторона и делайте там, что хотите. Это для нас самый простой, но одновременно и самый трусливый выход.
— Я уже почти совсем успокоилась и согласна в общем и целом со всем, что ты сейчас озвучил. Но что конкретно ты предлагаешь нам делать? В чем ты видишь золотую середину между крайностями?
Кэти опустила голову на руки и всхлипнула. Мне хотелось встать, подойти к ней и обнять, но я почему - то не мог оторваться от своего места. Что-то внутри меня очень ясно давало понять, что Кэти должна была бороться со своими эмоциями в одиночку, что она должна была найти свой собственный выход из этого замешательства. Я терпеливо ждал, пока, наконец, любовь всей моей жизни не взглянула на меня с суровой решимостью, выразившейся в чертах лица и прямой осанке.
— Хорошо, - сказала она чуть дрожащим голосом, - какие у нас тут варианты?
Буря прошла гораздо быстрее, чем я ожидал. Это был хороший знак.
— Нужно думать вместе. Думать всем нам четверым. Сейчас дети ничего предосудительного не делают - по крайней мере, я об этом не знаю. Так что я пока сделкой купил нам небольшую временную передышку, но не знаю, как долго она продлится.
Было заметно, что Кэти теперь вышла из замешательства и думает о проблеме куда более собранно.
— Они отмороженные подростки и к тому же очень умные. Если они захотят продолжать это делать, они будут продолжать, что бы мы ни говорили. И будут делать это скрытно от нас – на это у них ума точно хватит, - сказала она.
— Именно так. Тут слишком тонкая материя, чтобы предъявлять им ультиматумы. Запросто могут взбунтоваться. Если мы не будем осторожны, вся семья может развалиться в течение нескольких недель или даже дней.
— Ты хочешь сказать, что мы должны позволить им продолжать?
— Не знаю, - честно ответил я. - честно говоря, почти совсем не знаю. Все, что я знаю, так это то, что говорит мне мой опыт психолога. А он говорит о том, что мы держим сейчас в руках горячую картофелину.
— Ладно, - рассудительно сказала Кэти, - давай рассмотрим все возможные варианты, один за другим. Что произойдет, если пойдем по пути жесткого запрета?
— Им это точно не понравится, - быстро ответил я, - Сью, вероятно, поймет наши причины и примет это, но в конечном итоге она все равно будет несколько обижена на нас за такой подход. А вот Дэйва наша попытка жестко контролировать его жизнь может через какое-то время сподвигнуть к уходу из семьи. Худо-бедно, но он уже сам зарабатывает на жизнь. В данный момент Дэвид чувствует себя ничуть не лучше, чем мы. Он не хочет разрушать семью,
Малёк на кавказском крючки (часть 1)