эротично и двусмысленно, - со смешком прокомментировал я.
— Это не розы эротичны, а твое озабоченное воображение, - парировал Дэн.
Мы отнесли цветы в нашу с Кэтрин спальню и отправились коротать время за чашечкой винтажного чая и ритуальными разговором исключительно на нейтральные темы. Часа через два к нашему столу присоединились и все дети. Роль заботливой обо всех хозяйки, разумеется, играла моя Сью, тонко выстраивающая своими репликами атмосферу непринужденности. Так что Дэн, Ирен и Андре покинули наш дом вместе в исключительно благодушном настроении.
— - -
Кэтрин действительно вернулась домой очень поздно. Увидев розы в спальной, она благодарно улыбнулась мне.
— Эти розы тебе не от меня, - пояснил я, - у нас в гостях был Дэн.
— Как это мило с его стороны, - сказала Кэтрин, отводя взгляд.
Я ожидал расспросов о визите Ирэн и Андре, но их не последовало. А во время раздевания перед сном Кэтрин вскольз начала другую тему:
— Я присмотрелась сегодня к интерьерам моей гостиницы на предмет экспозиции наивных картин. Ну, понятно, что там нужно делать подвеску и все такое. В общем, все это, связанное с экспозицией, нужно обсуждать со специалистом. Так Дэну и передай.
— Ты готова закончить вашу вражду и начать общаться с Энн?
— Если Дэн сумеет тонко подать мое предложение Энн о вернисаже в гостинице так, чтобы это не выглядело капитуляцией с моей стороны, то почему бы и нет.
Я заметил, что, проходя к нашей постели, Кэтти бережно коснулась рукой букета роз…
Проблема конфликтных отношений Кэтрин и Энн разрешилась удивительно быстро. Когда Дэн пересказал Энн предложение моей жены о вернисаже в интерьере гостиницы, та сначала остолбенела от удивления, а потом попросила номер телефона Кэтрин. В общем, наши супруги обе с головой погрузились в подготовку выставки-продажи наивных картин, отбирая работы в концептуально целостную экспозицию в фойе и бурно обсуждая, какую именно картину повесить в какой именно номер. Мы им даже посоветовали не перебирать с уровнем высоконаучной концептуальности, поскольку экспонирование творчества наивных художников предполагает внешнюю бесхитростность. На что мне Кэтрин с энтузиазмом неофита возразила, что бесхитростность в случае их проекта – это хорошо продуманное отсутствие недосказанности. По поводу всей этой арт-активности наших жен Ден резонно заметил, что мы с ним только заинтересованы в том, чтобы диалоги между Энн и Кэтрин получили импульс к большему разнообразию и готовности воспринять более широкий формат тем общения, чем раньше.
Внешне Кэтти теперь никак не проявляла интерес к теме взаимоотношений внутри квартета Сью, Дэвида, Ирэн и Андре. Когда наша дочка повторно спросила, можно ли в следующие разрешенные им с Дэвидом два часа для ласк быть вчетвером двумя парами, я взял тайм-аут, чтобы посоветоваться с женой. Но Кэтрин лишь пожала плечами и сказала, чтобы по всем вопросам, касающиеся графика и формата деликатной стороны жизни наших детей, решения принимал я сам в рамках уже оговоренных нами «правил игры» и с учетом мнения Дэна. А Дэн, которому я позвонил после этого, в свою очередь хмыкнул и высказал пожелание присутствовать при ласках квартета наравне со мной. Мол, у него такие же отцовские права на контроль процесса, как и у меня.
Поскольку такая постановка вопроса усложняла управленческую ситуацию для меня, я намерился «поспешать не торопясь» и в итоге сказал Сью, что «квартетные два часа» не исключены в будущем, но точно не в ближайший раз. Было заметно, что дочку это приторможение разочаровало, но и обнадежило тоже. При этом она спросила, как часто могут быть их двойные свидания у нас дома. Я обозначил, что лимита шести раз в месяц им
Переписка с читательницей