сняв предварительно всё остальное. Они были разрисованы очень реалистично, казалось, девушка облачила в чудесные цветы свои причинные места. В этом была особая эротика.
— Конёк тоже в тему, — Лена наклонилась и на секунду положила руку мне между ног, — Обожаю кататься на твоём "морском коньке"!
Я уже хотел свою даму. Лена вдруг подошла к большой двухместной кровати и не торопясь легла на неё, выставив большую сочную попу, украшенную яркими тёмными розами.
Я наклонился и стал гладить ткань трусов, чувствуя под ней мягкую, довольно объемную плоть.
— Сними же их! — скомандовала Лена и я приспустил её трусики. Они так и остались висеть где-то на полных икрах, словно небольшая охапка роз, брошенная к ногам дамы сердца.
Я вошёл в неё сзади, Лена уткнулась лицом в свежую гостиничную подушку, на которую мы ещё не успели надеть наволочку.
Подруга постанывала, то и дело приподнимая голову, я двигался, белая сахарная попа отыгрывала в такт. За окном бушевало море. Отпуск начинался.
*****
В соседнем номере жила очень сдержанная на людях молодая пара, но вечером было слышно как они ссорятся.
Парень был рыжий, с модной ухоженной бородкой, ходил в брендовых спортивных шмотках, которые иногда красиво облегали его мускулистое тело.
Девушка была подстать ему — стройной, с роскошными тёмными волосами, большими глазами и каким-то кукольным выражением лица.
Каждый вечер они готовили шашлыки на специально отведённой площадке у моря.
Соседи нас не беспокоили, мы их тоже.
*****
Утром было прохладно, берег был пуст.
Лена села у самой кромки воды, так, чтобы набегающие волны почти лизали ей ножки.
Я сказал, что ревную её к морю и, пристроившись сзади, начал целовать шею. Лена зарделась и легла на песок. Я стал трогать губами её лицо, затем, задрав футболку, обнажил большую грудь. Кровь ударила мне в голову. Я стал целовать эти мягкие тёплые продолговатые мешочки, стал лизать большие твёрдые соски. Лена закрыла глаза:
— Давай уже, — прошептала она нетерпеливо.
Я задрал длинную толстую юбку, Лена раздвинула белые широкие бёдра. Я вошёл в неё, чуть сдвинув красивые трусики в цветочек.
Вдруг в одном из гостиничных окон, глядящих на пляж, я увидел явственно два силуэта. За нами наблюдали наши соседи.
— Похоже, на нас смотрят, — сказал я.
— Ну и что? Давай уже, я хочу тебя, — прошептала закрыв глаза Лена.
Но мой член почему-то опал, влечение прошло. В грудь проникла какая-то неясная тревога. Я заправил своё хозяйство в штаны и поднялся:
— Не могу я так!
— Ах, какие мы нежные! А завести женщину и остановиться — это мы можем! Ладно, пойдём за скалы, там есть укромное место!
— Может, лучше в номер? — спросил я.
— Хочется чего-то необычного, — говорила Лена. Мы уже шагали вдоль берега, — На кровати мы весь год любим друг друга!
*****
Возле скал нас, вроде, не могли видеть. Берег тут был покрыт галькой. Лена легла на мою курточку лицом вверх.
Когда мой член снова вошёл в пещеру наслаждений, я вдруг увидел, что у любимой в руках смартфон.
— Хочу сделать сельфи и скинуть в соцсеть, — объяснила она, — Люблю хулиганить: никто и не поймёт, что на этом фото я не просто на фоне морской гальки, а на твоём "морском коньке"!
У любимой сверкали глаза, горели щёки. Она сфотографировала себя так, чтобы меня не было видно.
Я задвигался, трогая Ленину мягкую грудь под футболкой, прижимаясь щекой к её щеке
Все внушительные прелести Лены пришли в движение, я упирался своим плоским животом в её пухлый животик.
В небе кричали чайки, шипели у ног волны, превращаясь на мелкой прибрежной гальке в белую чистую пену.
Экзекуция в роще