Это точно была не Грель, хотя они и были довольно похожи между собой. Те же каштановые волосы, загорелая кожа, зеленые глаза. В нос мне ударил узнаваемый запах, но теперь в нем различались нотки земли, прелых листьев и хвои. «Может, все нимфы похожи между собой?», подумал я, разглядывая лицо соперницы.
Посомневавшись мгновение, она великодушно подала мне руку, но я, опасаясь очередного приема, поднялся самостоятельно. Встав в полный рост, я смог оценить фигуру девушки внимательнее — она была куда крепче, чуть шире в плечах и немного выше ростом хозяйки лесной избушки.
Волосы ее были собраны в две косы, одна из которых перекинулась на плечо, а вторая спадала с головы вдоль спины. Левую бровь нимфы пересекал небольшой шрамик, придававший ей вид хулиганистый и сердитый одновременно. На запястье правой руки и предплечье виднелись тонкие линии ветвистой татуировки, замысловатого рисунка переплетающихся ветвей и листьев.
Отдельного внимания заслуживала одежда. В отличие от легкомысленного наряда Грель, на незнакомке красовался жилет из коричневой кожи, оставляющий открытыми руки, но защищающий тело и плечи. Доспех был украшен тщательно выполненным орнаментом из тонких линий, листьев, стеблей и цветов, очень красиво сочетавшимся с оттенком кожи и волос девушки.
Кроме него на нимфе были надеты черные обтягивающие шорты выше колена, к которым крепились такие же кожаные щитки, прикрывающие внешнюю сторону бедер. Довершали образ высокие ботинки на толстой подошве и странного вида пояс с множеством продолговатых вертикальных кармашков.
— Почему от тебя несет силой нимфы? — спросила незнакомка, скрестив руки на груди.
— Долгая история, — хмыкнул я в ответ.
— А, ты, наверное, один из любовников Грель.
— Звучит как-то обидно, можно было не упоминать множественное число.
— Еще я с человеком не любезничала, - фыркнула в ответ девушка. - Хотя странно, ты не выглядишь как ходящий труп. Обычно те, кто проводят ночь с нимфой потом угасают от тоски. А ты...
Воздух вокруг глаз девушки задрожал, а затем они замерцали, приобретя еще более глубокий изумрудный оттенок. Незнакомка прищурилась, глядя на меня с любопытством исследователя-энтомолога.
— О, ты даже с другой женщиной был недавно, да не с одной... занятно.
— Как ты поняла? — вырвался у меня удивленный вопрос.
— Дар проницательности, — усмехнулась нимфа. — Вижу больше, чем остальные.
— Она сказала жить дальше, вот я и пытался.
Под взглядом изумрудных глаз мне стало неловко. С момента развода я действительно не сдерживался, заводя знакомства на одну ночь каждые несколько дней. Это была жалкая, но единственная моя попытка не затеряться в серой рутине будней.
— Ну и молодец, что пытался. Сюда-то чего приперся? — нарушила молчание нимфа.
Я пожал плечами. Врать о великой силе любви не хотелось, а рассказ о высасывающей душу скуке и рутине показался сейчас слишком несущественным. По сути, у меня не было причины возвращаться в Ольховку, кроме странной, непонятной для других жажды понять собственное «я». Девушка обошла вокруг, внимательно разглядывая меня. При этом она с одобрением покачала головой, как будто и без слов всё поняла. Закончив осмотр, она внимательно посмотрела мне в глаза, словно пыталась проникнуть взглядом прямо в душу.
Странный ты какой-то, обычный, но глубоко не копнешь. Как будто не пускает что-то, — задумчиво протянула нимфа.
— Ты тоже не стандарт. Грель вроде не любила одежду, я думал, вы все голышом ходите, — попытался я разрядить обстановку шуткой.
— Ну нет. Она у нас философ, личность свободных взглядов, бунтарская душа, не державшая в руках оружия, — хмыкнула нимфа. — А я защитница, и нам,
Ночью он совсем другой