И оденься ты уже, наконец, — сказала она, поправляя на себе юбку, скрывая шёрстку и пушистый хвостик под ней.
Игорь покачал отрицательно головой, притянул Нину к себе, сжал в руках её груди сквозь одежду, наклонился и поцеловал их через декольте.
— Нет. Иди умываться и переодеваться, а я пока чайник поставлю и продукты на кухню отнесу.
Юноша быстро натянул трусы и джинсы, а футболку бросил на колени снимавший на табуретке обувь женщине.
— Брось заодно в стирку.
Та взяла пропотевшую ткань, приложила к лицу, вдохнула глубоко.
— Ммммм... Не хочу я её стирать. Уберу в герметичный пакет и буду нюхать, засыпая в холодной постели.
Парень хмыкнул, поднимая продукты:
— Не переживай, постель я тебе согрею. А моих потных шмоток будет еще немало... Или ты меня прогнать собираешься?
Женщина с сомнением посмотрела на собеседника.
— Ну... Пока не собираюсь, особенно если ты не будешь стоять столбом и покормишь меня наконец. А если ещё и шкаф на кухне в порядок приведёшь, то и в попку разрешу меня сегодня трахнуть.
Игорь рассмеялся:
— Это я сам подумаю, трахать тебя сегодня туда или нет.
И скрылся на кухне: ему нужно было быстро спустить вторую порцию в рюмку и действительно заняться едой и чаем, Нина Артёмовна же направилась в санузел. Там было не заперто. Дочь свою она застала блаженствующей в обжигающе горячей ванне. На полу валялись чулки и чокер, а вот уши девушка или забыла, или не посчитала нужным снять.
— Я же просила: не трогать мои игрушки! — после оргазма у Нины было приподнятое настроение и она лишь чуть пожурила дочь.
— Ну ма-а-ам... — вяло отозвалась Уля, не открывая глаз.
— Не мамкой! — женщина осмотрела её сквозь воду.
На сиськах, похоже, намечается пара синяков и засос на шее. В остальном, вроде бы, нормально.
— Ты как, доченька?
Девушка всё же разлепила глаза и посмотрела на мать.
— Я? Шика-а-арно... Так хорошо, как сейчас, мне ещё никогда не было... Болит только всё, но в горячей воде, ты сказала, это быстро проходит. Помнишь, какая ты была после того, как папа, Хуршет и дядя Лёша тебя втроем трахали на даче?
— Такое забудешь... — тётя Нина даже немного покраснела от воспоминаний, ей снова сделалось томно, а непросохшая ещё пизда снова потекла.
— Я сейчас, видимо, в похожем состоянии. Только это со мной сделал всего один мужчина, с одним единственным членом, – похвасталась одиннадцатиклассница.
— Сколько ж раз ты кончила, девочка? – спросила женщина с завистью, снимая блузку и расстёгивая юбку.
— Десять... Двадцать... а может, миллион... Я сбилась со счёта, ещё когда он меня только в киску трахал, а после этого, он меня ещё и в попку драл, не вынимая, не знаю сколько времени. А потом еще... Ой, мам, а ты сегодня тоже попку готовишь? А для кого? Папа придёт?
Увидев торчащий из ануса матери хвост, девушка сразу оживилась и даже села в ванной.
— Всё тебе скажи... – зарделась тётя Нина, сама лихорадочно соображая, что ответить. — Может, и не будет ещё ничего. А что потом ещё было? Ты не договорила...
— Да пописал он на меня классно, – отмахнулась Уля. — Так для кого?
— Если будет — расскажу, – отрезала женщина, завязывая халат, не желая развивать скользкую тему. — Мелкая извращенка!
— Старая шлюха, – озорно огрызнулась дочь, — Кстати, на кухне тебя какой-то сюрприз ждёт, Игорь приготовил.
— Ладно, посмотрим, – сказала Нина, выходя из ванной.
Зять обнаружился на кухне с голым торсом. Он налил чай на троих и сейчас делал бутерброды с колбасой и сыром.
Чёрные Розы: день совершеннолетия