её за это. Отстёгнутый, он склонился к ногам девушки и с чувством поцеловал их. Потом он целовал подошвы Беверли благодаря её за преподнесённый ему урок. И он был искренен в своей благодарности. А потом Госпожа сделала своему прощённому рабу подарок. Преподнесла металлический пояс верности. Который Дэвид тут же надел. Застегнул замочек, а ключик вернул Беверли. Теперь всё было в порядке, всё стало так как должно было бы быть в отношениях пары раба и Госпожи.
Запись проведённой экзекуции потом смотрели все вместе. Женщины сидели на диване, а Дэвид рядом стоял на коленях. Ролик понравился. И Дэвиду тоже.
Он даже не возражал, если Беверли захочет выложить его у себя на страничке в соцсети. Он теперь ничему не возражал и не противился. Как и положено рабу.
Зад Дэвида окончательно зажил только через пару месяцев. Но шрамы остались. Теперь если ему приходилось раздеваться в сауне при посторонних или на нудистском пляже. Все видели, что у него поротый зад. И если с ним была Беверли, то все понимали кем этот зад был порот. Отношения у них с этого момента стали идеальными. Дэвид обожал Беверли, старался быть ей самым лучшим рабом. По дому делал всё без замечаний, старался предугадывать малейшие желания госпожи, и конечно же стал её преданным куколдом. Стоя на коленях в соседней комнате, ждал пока её потрахает очередной любовник, а потом вылизывал её разгорячённое сексом влагалище.
И оба и Беверли, и Дэвид млели в этот момент от удовольствия. Госпожа больше никогда не применяла к своему рабу казацкую нагайку своей подруги, одного раза было достаточно. А розгами да, розгами секла чисто для профилактики, или даже это была острая возбуждающая ласка, доставлявшая рабу больше удовольствия чем боли. Но ведь он её заслужил и боль, и ласку.
Однажды приведённый к покорности он больше из покорности не выходил.
Он такой клёвый