— Никак не понять эту погоду: то солнце светит как в июне, то набегают тучи и срывается ветер, - молвила кучерявая шатенка средних лет с фигурой похожей на фигуру Жанны Анатолиевны, только с чуть меньшей грудью, которая стояла у высокого деревянного окна царских времен в кабинете школьного психолога и рассматривала небо.
— В интернете пишут, что ближайшее две недели хорошей погоды ожидать не стоит, - ответила Жанна уничтожая ложкой последнее кристаллики сахара на дне чашки фруктового чая сидя на мягком диване.
— Да, депрессивных станет больше, значит скучать мне не прийдется.
— А ты прям сильно перетруждаешься тут.
— Робота психолога это очень тонкая работа, Жанна, не так просто раскрыть человека, особенно когда это школьники которые все отрицают и злятся на весь мир.
— И не говори. Когда мы учились дети попроще были, более доброжелательные.
— Это все из-за культа собственной личности которую нам навязал запад. Ты должен в первую очередь думать о себе, а потом об остальных, а при союзе, когда мы учились, детей воспитывали наоборот.
— Забияки были и в наше время, но они не были настолько жестокими, я думаю это больше из-за пропаганды насилия в фильмах и видеоиграх.
— Ребенок не станет животным из-за фильма или игры у него должны быть на это более глубокие мотивы. В основном все решает родительский пример и воспитание. Если пример говно, воспитание говно значит и ребенок вырастит говном. Как цветок поливаешь так он и вырастет.
— Да...я пытаюсь полевать Эдика лучшем что есть у меня в ресурсе, а эти ублюдки просто топчут его.
— Почему ты не перевела его в параллельный класс к нормальным детям?
— Я пыталась! Я ходила к Татьяне Егоровне, просила, она говорила что не против, но решение блокирует директор. Я пошла к директору, а он тонко намекнул, что готов решить любой вопрос если добьется от меня взаимности.
— Чего? Он что к тебе подкатывает?
— Он давно ко мне подкатывает я просто не воспринимала это всерьез.
— Но ты его не хочешь?
— А зачем он мне?
— Ну как бы ты одинокая и он одинокий.
— Да? А ты не помнишь почему от него ушла жена?
— Ты про дачу с выпускницами? Это вроде бы как слухи.
— Слухи или нет, но он как человек мне не нравится.
— А что не так?
— Зачем мне толстый и старый?
— Старый? Он всего на 5 лет старше тебя. Да и не такой уже и толстый.
— Ага, как пивная бочка.
— А тебе нужен худенький и молоденький? Тогда бери практиканта!
— Информатика?
— Ну да, 22 года, худенький, стройненький только универ заканчивает, бери и наслаждайся.
— 22 года это как-то слишком маловато, да и худенький он слишком сильно, - ответила Жанна надкусывая кофейное печенье.
— Ну емае, Жанна Анатолиевна! 45 вам много, 22 мало, толстый плохо, худенький плохо, вы часом не лесбиянка?
— Очень красиво, Света, очень красиво.
— Не ну че, если "да" то тогда, Жанна Анатолиевна, я готова вас обесчестить.
— Спасибо, Светлана Павловна, я возьму это во внимание.
Внезапно дверь открылась и в кабинет вошел маленький мальчик.
— Жанна Анатолиевна, докладываю: Гульновский, Ромашкин и Кабанов курят в школьном туалете на первом этаже.
— Молодец, Тарковский, держи вознаграждение, - сказала Жанна протягивая ему пачку печенья со стола.
— Спасибо, - ответил малыш взяв печенье и удалился.
— Это что сейчас было? У тебя что есть личный доносчик? - удивилась Света.
— Ну да, я волнуюсь за сына, поэтому натравила на них малыша из своего класса, чтобы он следил за ними.
— Эх, Жанна Анатолиевна, какой агент для спецслужб пропадает.
Не стреляй. Часть 2. (12 из 21). Наташа, Андрей, Катя и мальчики