не показывал этого так сильно, как это делали бы эти немужественные, так называемые современные мужчины, такие как Фрэнк, он действительно любил ее. Мысль о том, чтобы сводничать с ней, вызывала отвращение, но это казалось приемлемой жертвой ради их долгосрочного будущего. Вскоре он станет богаче, чем даже Фрэнк, и тогда об этом идиоте можно будет быстро забыть.
— Когда это начнется?
— Тебе решать. Ты получишь 25 000, как только мы начнем.
— Анна? — спросил Ральф, надеясь, что она согласится.
— Мне придется остаться здесь прямо сейчас? У меня нет с собой одежды.
— О, не волнуйся. Мы купим все, что тебе нужно, — объяснил Фрэнк.
— Купим? О, вау!
Ральф почувствовал себя немного неловко, услышав это. С тех пор как ему удалось увести ее от мужа-неудачника, дела в финансовом плане пошли наперекосяк. Денег не хватало уже давно, и у Анны было отставание в покупках. Он не мог конкурировать с Фрэнком в экономическом плане и впервые представил себе, что должен был чувствовать Фрэнк, когда четыре года назад они поменялись ролями.
— Ну, наверное... Я... Мне бы не помешали денежные вливания как можно скорее. Что скажешь, милая? Ничего, если ты сразу же останешься здесь? Я не хочу слишком много думать об этом, иначе у меня сдадут нервы. Лучше покончить с этим прямо сейчас.
— Хм, наверное... — начала Анна, стараясь казаться более неохотной, чем была на самом деле. — Наверное, я бы согласилась.
— Ты, ведь, больше не любишь его, правда?
— Ральф, это и так непросто, пожалуйста, давай не будем еще больше усложнять ситуацию, копаясь в старых чувствах и воспоминаниях. Не забывай, что я делаю это ради тебя. Это должно быть достаточным доказательством моей любви.
Она говорила мягко и спокойно, совсем как четыре года назад, когда сказала Фрэнку, что уходит от него. Она нежно положила руку на руку мужа и заглянула ему в глаза, желая, чтобы он ей поверил. Ей не стоило беспокоиться: в тот момент он был полностью ослеплен жадностью.
— Хорошо. Я уеду немедленно. Это, наверное, проще всего... эй... А как же мои деньги?
— О, конечно. Подожди, я принесу.
— Разве нам не нужен какой-то контракт?
— Нет, Ральф, это все равно не будет иметь законной силы. Я просто отдам тебе деньги, а она останется здесь. Почему бы мне не доверять вам двоим? — сказал Фрэнк, все еще оставаясь в том безумно нейтральном тоне.
Это немного задело ее, но Ральф, похоже, этого не заметил. Она вдруг почувствовала отвращение к нему и к себе за то, что выбрала его в мужья.
Фрэнк был поражен тем, как легко они сдались. Он ожидал их визита и разработал свой план за несколько дней до этого. Все прошло более или менее гладко, но он рассчитывал на более жесткий торг и более высокую цену. Даже 100 000 или больше были бы для него копеечной суммой, и это того стоило.
Фрэнк отправился в свой кабинет, достал из сейфа 25 000 и молча протянул их Ральфу, избегая касаться его кожи. Ральф посмотрел на сверток так, словно только что выиграл в лотерею. Фрэнк знал, что это ненадолго. Ральф был еще глубже в долгах, чем Япония, а его, так называемый, бизнес-план был смехотворным. Тем не менее это была его последняя надежда, и он ухватился за нее.
— Ладно, чувак. Спасибо, я думаю...
— Ты можешь идти, Ральф.
— Да, да. Я просто хочу поцеловать ее на прощание, понимаешь?
— Нет. Теперь она моя. Деньги у тебя есть, четыре недели уже начались.
— Что? О, хорошо.
Удивительно. Ничто больше не намекало на высокомерного,
Богатые тоже плачут