Колибри радостно всхлипнула и подбежала, чтобы подставить свои грязные ладошки под чистую струю родниковой воды. Я еще немного увеличил дозу успокоительного, и пруд медленно наполнился, вернув к жизни рыбок и кувшинки. На деревьях начали распускаться почки, которые быстро превратились в розовые соцветия сакуры, в то время как цветы пробивались сквозь разрушенные сады.
Синь встала и медленно повернулась, ее глаза были полузакрыты от удовольствия, когда она наслаждалась тишиной и спокойствием сада. Взмахом руки я вернул на место разбитую скамейку, и она благодарно улыбнулась мне, проведя рукой по гладкому дереву. Затем я указала туда, где на дереве только что распустились розовые цветы вишни, и появилась маленькая стеклянная кормушка для колибри, наполненная крошечными радужными птичками, которые носились вокруг, как миниатюрные самолеты. Я протянула палец, и крошечная мерцающая птичка приземлилась, трепеща крылышками. Синь по-девчоночьи взвизгнула от восторга и протянула птичке палец, чтобы та села на него, нежно поглаживая ее крошечную головку.
— Это мой подарок тебе, ты можешь приходить сюда, когда захочешь. Тебе просто нужно закрыть глаза и расслабиться, но помни, что это можно так же легко забрать. —сказал я, и Синь кивнула в знак согласия.
—Цена за это —твоя уступчивость, твое послушание человеку, который управляет этим местом. Я понятия не имею, чего он от тебя потребует, и, вероятно, это будет что-то, чего ты не захочешь делать. Этот выбор всегда будет за тобой, но помни, что с тобой случится, на что будет похожа твоя жизнь, если ты этого не сделаешь.
Я указал на горизонт. Горящие здания и хаос все еще были там, в тумане, как будто на них смотрели сквозь мыльный пузырь.
—Я понимаю, спасибо, — тихо сказал Синь.
—Нет, я так не думаю. Я сейчас уйду, и мы проверим твою преданность делу. Он будет наблюдать за тобой, и если он не поверит, что ты говоришь правду, то заставит меня все это прекратить. —твердо сказал я, указывая на сад. — У него есть множество идей по использованию твоих способностей, и не для всех из них требуется, чтобы твой разум был цел.
Я увидел, как по ее телу пробежала дрожь страха, а узкие азиатские глаза расширились.
—Все, что угодно, я обещаю.
Я вышел из ее сознания и вернулся в комнату, где меня ждала Певчая Пташка. С самого начала я понял, что не могу сформировать сознание Колибри так, как я это делал с Певчей Пташкой или Черной Птицей, оно просто работает слишком быстро. Мне повезло, что успокоительное, которым я ее пичкал, дало ей именно то, чего она хотела больше всего, —спокойствие в голове. Мне не нужно было ломать ее, Синь и так была сломлена, все, что мне нужно было сделать, это показать ей, что я могу ее вылечить. Простой демонстрации того, насколько все может быть плохо на самом деле, было достаточно, чтобы подсадить ее на успокоительное так же сильно, как героиновую наркоманку, и так же легко контролировать.
Я нажал кнопку внутренней связи с постом охраны.
—Не могли бы вы, пожалуйста, принести посылку вниз.
Через несколько минут наружная дверь открылась, и один из охранников вручил мне большую коробку. Я повернулся к Певчей Пташке, смотревшей на меня со смесью любопытства и отвращения. Было несколько тестов, которые я мог бы использовать, чтобы подтвердить приверженность Синь нашему соглашению, но этот обещал быть самым забавным. Я подозвал ее и протянул коробку.
—Синь согласилась, что она сделает все возможное, чтобы выжить здесь, так же, как и ты. Теперь ты поможешь мне проверить это, подготовь ее. —сказал я Даниэль.
Олимпийские репортажи по германскому ТВ