вкус. Только этот вкус она знала со времен их женитьбы на острове Роскилле, откуда она и была родом. Только Скидульф касался ее, только с ним она предавалась любви.
Викинг же, глядя на то, как его возлюбленная ласкает его член губками и порхающим языком, снова начал возбуждаться. Очень скоро его член выпрямился и затвердел прямо во рту у Гудрун. Та обвела язычком его головку и похотливо облизнулась. Викингу хотелось большего.
Он отнес ее к шкурам, наваленным у очага, и поставил на четвереньки, раздвинув ноги. Жена с готовностью выгнула попку, предоставляя мужу полюбоваться на молочно-белые ягодицы, на ее лоно и на стекающую по бедрам смазку.
Скидульф встал на колени и обнял жену за талию. Его член легко отыскал дорогу внутрь, проникая все глубже, в самые сокровенные уголки. Казалось бы, он пронзил ее всю насквозь, но Гудрун по достоинству оценила мощь огромного члена. Она сладко охнула и начала подмахивать попкой, насаживаясь на кол викинга. Тот зарычал снова и начал быстро вонзать свое орудие прямо в недра жены.
Они сношались так минуту, две, десять. Затем он нагнулся и схватил ее за большие болтающиеся груди. Они знакомо легли в его ладони, такие упругие, желанные, округлые. Датчанин приподнял Гудрун и теперь совокуплялся с ней в обнимку, крепко прижимаясь к ее спине своим мощным торсом. (Специально для sexytales.org — секситейлз.орг) Наслаждение нарастало, и викинг ощутил, что скоро кончит во второй раз. Гудрун, чуткая, понимающая все без слов девушка, сотряслась от оргазма, однако ощутила, что ее супруг тоже близок к кульминации. Она снова соскочила, развернулась и выгнулась, подобно похотливой шлюшке из портового борделя. Она преданно и любяще смотрела в его глаза, готовая подчиниться ему полностью и беспрекословно.
Высунув язык и зажмурившись, прекрасная датчанка начала быстро-быстро дрочить огромный фаллос мужа. Через некоторое время его яйца напряглись, а в лицо Гудрун ударила тугая струя спермы, густой, залепившей ей глаза, нос, губы. Она подождала, пока бурный даже после второго раза поток не иссякнет, и тогда выжала все остатки. Встала и вытерла лицо льняной тряпочкой.
Скидульф Убийца Знатных лег на шкуры у очага, голый, с блестящим от пота телом. Его лицо лучилась счастливой улыбкой.
Гудрун поднесла ему испить домашнего пива и отведать домашнего жаркого, а затем прилегла рядом, обняв его могучие плечи. Она тоже улыбалась. Теперь он снова дома. Теперь снова он целиком ее. И у них впереди еще целая длинная северная ночь...
Сначала не хотел ехать