что нам действительно ничего не угрожает я осторожно перевернулся на спину и облокотился на бревно. Девушка тут же склонилась надо мной и принялась с любопытством разглядывать.
— В видениях ты как будто был крупнее, - проговорила, смешно поморщив носик.
Нужно сказать, что Линаэль оказалась просто невероятно красивой. Даже находясь на краю гибели, я как зачарованный принялся разглядывать ее, напрочь позабыв обо всем на свете.
У девушки было каре ярко белых волос, на которых поблескивали разноцветные заколки изображающие цветы и растения. Полные губы изгибались в лукавой улыбке. Большие зелёные, почти изумрудные глаза играли на её изящном личике колдовскими бликами.
С одной стороны, она напоминала невинного олененка, а с другой — готовую к грациозному прыжку тигрицу. Казалось, что её красота исходит не только от внешних черт, как у многих людей, но и от внутренней сущности, похожей на ауру, окутывающую всё вокруг и заставляющую замирать в волнительно-возбужденном предвкушении.
Линаэль была одета в короткое платье, едва доходящее до середины бедра. Ткань, украшенная лепестками всех цветов и оттенков, соблазнительно обтягивала её крутые бёдра, с трудом удерживая в глубоком декольте довольно объёмную грудь. Руки и плечи девушки при этом оставались открытыми, демонстрируя изумительную светлую кожу.
Ее тело было просто неотразимым - высокие скулы, тонкая талия...черт, я даже и подумать раньше не мог, что ключицы могут быть такими сексуальными. Она была такой привлекательной, такой совершенной, желанной и...
— А ты тот еще льстец, я даже готова покраснеть от смущения, - игриво сверкнула глазами Ленаэль.
Я тут же прикусил язык, остро жалея, что не умею скрывать свои мысли от телепатов. Когда я уже перестану забывать обо всем на свете и глазеть на любую красотку, попавшуюся в поле зрения?
Я попытался сосредоточиться, и тут же вспомнил о боли, терзающей ногу. На землю около бревна натекла уже довольно большая лужа крови, сочащейся из раны на щиколотке. Стрела продолжала торчать там же, сопровождая каждое движение мучительными импульсами. Штанина безнадежно промокла, в кроссовке хлюпало, и как-то совсем уж не здорово начала кружиться голова.
— А тебе и правда больно, - покачала головой Ленаэль.
На этот раз в ее голосе прозвучало вполне искреннее сочувствие. Девушка провела ладонью с раскрытыми пальцами над моей ногой. Пылающие болью мышцы тут же ощутили облегчение, как будто получили неслабую дозу обезболивающего. Более того, стрела в ноге совершенно перестала ощущаться, словно в ране не торчало ничего инородного.
— Ого, да ты настоящий хилер, - проговорил я.
— Кто? – вопросительно приподняла бровь Ленаэль.
— Лекарь, целитель, тот, кто поддерживает воинов в пылу сражения и не дает им погибнуть.
— Ого, мне нравится. Хилер, интересное слово, - улыбнулась Ленаэль. – Кстати, а что это там?
— Где?
Я повернул голову, пытаясь разглядеть, на что указывает девушка и тут же почувствовал, как стрела вышла из раны.
— Ай!
— Да не придумывай, не чувствуешь ты сейчас боли, - фыркнула Ленаэль.
— А зачем отвлекала тогда?! – возмущенно проговорил я.
— Чтобы не мешался, - девушка покачала окровавленной стрелой перед моими глазами и выбросила ее. – Теперь будешь как новенький.
— Когда?
— Да собственно уже.
Не успев задать следующий вопрос, я почувствовал, как в теле начинают происходить изменения. По измученным мышцам заструилась успокаивающая прохлада, края раны на глазах начали сходиться и уже через пару секунд от нее остался лишь небольшой шрам. Заклинание не сопровождалось спецэффектами или привычным уже сиянием, но не узнать нимфийский Дар я просто не мог.
Я поднял взгляд на Ленаэль. Воздух над ее лицом задрожал, обнажив маленькие белые рожки и вертикальные щелочки зрачков.
ЮНОСТЬ ПЕТРА