матери четким рельефом выступали и создавали иллюзию полного отсутствия прикрывающих их материи. Ему казалось, что он видит всё! Всё в малейших деталях. «Невероятно красиво! Это просто пиздец!» - больно упираясь в шорты, член стоял и пульсировал как маяк. Маленькая капелька пота медленно побежала по его виску.
— Матвей, всё в порядке? – как будто почувствовав неладное, мама внезапно открыла глаза.
— Да, конечно. Просто задумался, - от неожиданности, словно получив жгучую пощечину он встрепенулся и почувствовал, как теплые и густые струи выплёскиваясь наполняют его трусы. Зрачки расширились, звук её голоса прозвучал как в тумане.
— Я просто ощутила, что ты остановился, - мама в недоумении смотрела на сына.
— Мам, я сейчас. Просто в туалет очень захотелось, - как можно лучше скрывая руками важное пятно между ног, Матвей быстро подорвался и побежал в душевую.
— Хорошо, конечно, - только и смогла она из себя выдавить. Открыв глаза, Маша точно увидела куда был устремлён взор её горячо любимого и единственного сына.
Матвей ушел и Маша сильно за переживала, бесконечно прокучивая и прокручивая этот момент в своей голове. Конечно она ни в чем не винила сына, скорее наоборот она корила себя за проявленную беспечность и недальновидность. Прежде она никогда не замечала у него этого взгляда – взгляда мужчины, самца, взгляда хищника, смотрящего на свою добычу. Он всегда для неё был только любимым сыном, мальчиком, которому нужна материнская ласка и забота, и она всячески пыталась ему это дать. Для него Маша была готова на всё! «Он ни в чем не виноват, мой мальчик растёт. Ему просто любопытно. Конечно в таком возрасте его явно уже привлекает женское тело, а тут ещё я овца недалекая ноги перед ним раздвинула. Куда ему ещё оставалось смотреть?» - перед сном лихорадочно размышляла Маша всячески пытаясь оправдать поступок сына. «Детство закончилось, он становится мужчиной. Значит мне надо начать вести себя более сдержанно. Нельзя его искушать. Но с другой стороны, он может заподозрить неладное и подумать, что сделал что-то плохое. Начнет себя винить, может замкнуться и отдалиться от меня. Да уж, дилемма!» - она очень дорожила сложившимися тёплыми и доверительными отношениями с Матвеем. Рисковать и ставить их под угрозу она не могла. «Пожалуй, лучшим вариантом будет сделать вид, что ничегошеньки страшного не произошло. Буду вести себя естественно и обычно. Как-нибудь само всё уляжется», - еще раз всё взвесив и подытожив, мама погрузилась в приятный сон.
Для Матвея же произошедшее не было настолько очевидным и однозначным. Безусловно винил он только себя. «Тряпка, безвольный мудак, дятел малодушный!» - сбежав от матери в туалет, Матвей наспех приводил себя в порядок попутно посыпая голову пеплом. «Письки ему материнской захотелось. Яду пойди выпей, извращенец конченый! Если она что-то увидела или заподозрила, то мне хана. Возненавидит же или вообще из дома прогонит», - он нервно застирывал испачканные спермой трусы. «Твою мать! Да, когда ты уже успокоишься?!» - только сейчас он увидел в зеркале вновь вставший и торчащий вертикально член. «Как с таким стояком я к матери то выйду?» - варианта кроме быстрой дрочки Матвей не нашел, благо картина материнской вагины всё ещё ярко стояла перед его глазами. Выходить было ужасно страшно и неловко, но бесконечно прятаться в туалете он тоже не мог. «Ай, была ни была», - перекрестившись напоследок, Матвей аккуратно открыл дверь.
Основного света в комнате не было, горел только небольшой ночник на тумбочке у маминой кровати. Сама же Маша уже переоделась и легла:
— Матвей, я пару часиков посплю. Сил совсем нет. Потом
Мой дед. Часть 2