Честно признаться парень-то уже наскучил Люсе, да и деньги она все из него вытянула, какие могла. А Рустам- это серьёзно. Быстро собрали вещи, всё что посчитали ценным, и свалили. И вот теперь Лёша направлялся к возлюбленной, чтобы убедить её вернуться.
Подошёл с знакомому дому. Надо бы цветы, конечно. Огляделся, увидел клумбу с редкими увядшими цветочками. Хоть таких нарвать, что ли. Надёргал прямо с корнями. Ну вот, теперь можно. Поднялся на этаж. Дверь Люсиной квартиры слегка приоткрыта. Вошёл. Сразу же услышал звуки, в происхождении которых сомневаться не приходилось. В комнате кто- то занимался сексом. У Лёши внутри всё оборвалось. Вот ведь Люся - шлюха, изменница, суток не прошло, уже с другим. Нет, спокойно.. Может это и не она, а например Жанна с кем- нибудь развлекается. При воспоминании о Жанне, Лёшины кулаки сжались сами собой. Тварь! Заманила его в ловушку, чтобы ославить на весь город. Жанна как змея ползает между людей, пользуется ими, но при этом отравляет их жизни безо всякого сожаления, вечно подливает масла в огонь. Эх! Попадись только она ему! С замиранием сердца приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Что происходило в постели понял не сразу. Какое- то нагромождение тел. Потом разобрался и невольно вскрикнул. В постели, вытянувшись и положив руки под голову, лежал кавказец с блаженной улыбкой на лице. Сверху на нём лежала голая Люся. Она умилённо улыбалась, прикрыв глаза. А уже сверху неё, довольно неудобно присев на корточки, активно двигался второй горец. Люсю имели в обе дырки, сопровождая это громкими стонами и словечками на неизвестном языке. На Лёшу никто из них не обратил ни малейшего внимания.
— Ох, мальчики. - постанывала Люся - Как я соскучилась по настоящей- то ебле. Вы лучшие!
Парень испуганно попятился в направлении входной двери. В дверях невольно столкнулся со стремительно влетающим в квартиру третьим кавказцем. Тот был на голову выше Лёши и заметно шире в плечах. В руках у него были пакеты, в которых звякали винные бутылки.
— Рано уходыш, парэнь! - заявил он - Рэбята кончат, будэт наша очередь. Люська баба нэ жадная. Всэм достанэтся.
Лёше выскочил из квартиры и бегом спустился по лестнице. Расплакался как ребёнок. Что это в руке? Цветы. В сердцах кинул их себе под ноги и растоптал. Опять он брёл куда глаза глядят. А ведь он её любил. Сука! Все они суки: и Люся, и Катька, и Жанна. Напиться бы. Денег ни гроша.
— Эй парни, это же муж Грязной Кати! - услышал он сзади мужской голос.
Лёша осторожно обернулся. Группа гопников, расположившись на лавочке, грызла семечки.
— Точно он! Что зыришь, олень? Пиздуй своей дорогой, тут приличные люди сидят! - загомонила компания - У бомжей тебе самое место.
Не желая нарываться на неприятности, Лёша прибавил шагу.
— Грязная Катя- девка - огонь. Я бы ей вдул. - слышал он сзади - Как она этому лоху спермой в рожу плюнула! Красава!
Куда же ему теперь? На улицу лучше не выходить, уже узнают. С квартиры через неделю попросят, платить нечем. Ничего, неделя ведь ещё есть. Скоро его доверчивый тесть вытащит Катьку из притона. У Лёши будет возможность поквитаться, порадовать себя напоследок. А потом и правда, только к бомжам.
Причиной легковерности Ивана Сергеевича, когда он слышал о порочности своей дочери, была сама история его семьи. Все известные ему женщины в его семье, включая мать и старшую сестру, были слабоваты на передок. Да, и про бабку он слышал то же самое. Видимо сказывались гены. Иван Сергеевич рос в атмосфере постоянного разврата, среди бесчисленных
История рассказанная на перекуре.