от наводнения. Уэйн умел обращаться с тяжелой техникой лучше, чем обычный "водитель бульдозера". Он спас несколько домов во время того кризиса.
Почти сразу же Уэйн повел своих девочек к благодарному "Доктору", потому что все местные жители были болтунами. Даже если окружной врач или фармацевт вели себя сдержанно, какой-нибудь местный клерк или секретарша в приемной не упустили бы возможности посплетничать. Правда может быть достаточно неприятной, но доморощенные остряки приукрасят любую правду в заголовках таблоидов при каждом удобном случае, для пущей убедительности. Если они твердо решили заняться сексом, Уэйн хотел, чтобы его девочки принимали таблетки, но он точно не хотел, чтобы люди слышали об этом.
Доктор Дженнингс отнесся к этому довольно спокойно. Естественно, он осмотрел обеих сестер. Пока он сидел лицом между ног Линн, она легко убедила его осмотреть и Карли. Возможно, не было необходимости говорить ему, какой милой была их приемная сестра, но доктор был симпатичным мужчиной лет сорока пяти, так что она знала, что ему не повредит сообщить, что он сможет осмотреть еще одну горячую молодую киску подростка.
Вскоре у всех трех девочек начались "нерегулярные циклы", и они начали принимать противозачаточные таблетки с низким содержанием эстрогена. Так что благодаря папе три девочки и три парня вскоре смогли вздохнуть с облегчением. Теперь Линн нужно было всего четыре раза в год ездить к нему в офис, чтобы получить трехмесячный запас на всех.
Ближе к дому происходило что-то, в чем я никак не мог разобраться.
Мама вела себя по-другому. Возможно, это было мое воображение, но с тех пор, как мы с Манчкин стали любовниками, мне казалось, что мама как-то изменилась. Возможно, все было просто: теперь, когда я занимался сексом, я стал лучше понимать женщин в целом. Тем не менее, я готов поклясться, что мама стала одеваться более привлекательно, возможно, даже слегка подкрасилась, чего раньше не делала. Мне показалось, что она начала носить одежду, которая больше подчеркивала ее великолепную фигуру. Маме было всего 36 лет, и при ее здоровом образе жизни она могла сойти за незамужнюю двадцатилетнюю женщину.
Очевидно, что Карли унаследовала свои великолепные ягодицы от маминой семьи. Когда мама надевала подходящие джинсы или платье, ее ягодицы так соблазнительно покачивались, что я прекрасно понимал, почему папа хотел жениться на моей маме.
Мама питалась разумно и оставалась активной. На самой ферме она почти ничего не делала, но ухаживала за огромным семейным садом, кормила свиней, кроликов и дюжину коз. В основном мы ели мясо и овощи, которые выращивали сами благодаря ей. Она также держала достаточно кур, чтобы у нас всегда были свои яйца. Я не мог вспомнить, когда в последний раз видел ее тело, но у нее были потрясающие ноги. Судя по случайным объятиям, у нее была узкая талия и ни грамма жира.
Как и любому маленькому мальчику, мне было интересно, как выглядит грудь моей матери. В последнее время я задавался этим вопросом больше, чем когда-либо. Вчера на ней была блузка, из-под которой виднелись два мягких мясистых холмика хорошего размера. Я поймал себя на мысли, что у нее такие же соски, как у Карли? У мамы они были чуть крупнее, но очень, очень красивые. Мне никогда не нравились женщины с большими сиськами. Мне больше всего нравились изящные, кошачьи фигуры.
И еще одно. Я готов поклясться, что мама, казалось, находила все больше предлогов, чтобы провести со мной немного времени. Я не возражал. На самом деле мне это нравилось. Казалось, она все больше становилась другом и все меньше вела себя как мать.
Пороть никогда не поздно!